Князь Тьмы поднялся с трона и, не спеша, покинул тронный зал. Авадон, исполненный терзающих душу раздумий, вернулся к порталу. Но в одном он не сомневался – воины Легенды должны быть уничтожены, ведь они представляют угрозу его власти и самому существованию сложившегося порядка в Царстве Тьмы.

Индеец Мудрый Орел сидел на коврике у входа в вигвам и, куря трубку, задумчиво смотрел в сторону горизонта. На нем был надет яркий головной убор из перьев, что придавало орлиному носу с горбинкой еще большую величественность. Серый волк сидел рядом и смотрел в ту же сторону, что и хозяин, как будто бы пытался увидеть что-нибудь необычное.

– Да, Кио, - назвал индеец волка, - тебе не понять моей печали. Ты живешь со мной уже несколько сотен лет, не ведаешь страха и опасности, не скитаешься в поисках пищи. Но однажды твоему и моему беззаботному райскому существованию может прийти конец, если мы не сможем должным образом отразить натиск врага. Когда-то я и воины моего племени проиграли битву колонистам завоевателям. Мы потеряли не только наши земли и свободу, но и жизнь. Что же будет с нами, если мы погибнем во второй раз? Исчезнем совсем или станем подобными духам, как дуновение ветра, и утратим возможность вдыхать ароматы цветов и прикасаться к ним, утратим способность держать в руках томагавк или лук?

Волк с пониманием посмотрел на Мудрого Орла и обиженно завыл. Их полные грусти взгляды встретились.

– Вижу, что ты понимаешь меня, Кио, - продолжил разговор индеец.
– Но ты не можешь принять участие в решающей битве вместе со мной. Я не могу сделать тебя человеком и дать в руки оружие. Я могу лишь обещать, что сделаю все зависящее от меня ради победы, ради того, чтобы наш мир длился вечно.

Мудрый Орел отложил трубку в сторону и, взяв стрелы, стал целиться по мишени, расположенной на дальнем дереве. Все десять стрел, пущенных им из лука, попали точно в цель, тесно прижавшись друг к другу.

– Меткость моя остается на высоте, - удовлетворенно проговорил он. – Пришло время созвать всех индейцев разных племен для общего совета.

Мудрый Орел зашел в вигвам, расстелил по кругу несколько ковриков, и, закрыв глаза, сосредоточился на образах вождей других индейских племен, населявших Легенду. Вскоре около него сидело еще восемь человек с загорелой кожей и похожими одеяниями. Все они приготовились внимательно слушать индейца, которого признавали мудрейшим среди них.

– Я рад приветствовать вас, знатные воины и мудрые вожди! Было время, когда наши племена могли враждовать между собой, но с тех пор, как Мастер Дао избрал нас жителями своей страны и дал каждому владения, четко определив их границы, мы забыли о вражде и научились ценить мир. Мы научились жить не только в гармонии с природой, но и стали дружелюбно относиться друг к другу, обрели в Легенде истинную свободу и независимость. Однако силы Тьмы полны зависти к нашему миру, так как им неведомы чувства любви и сострадания. За пару тысячелетий они не научились прощать и жить в мире. Пришло время нам постоять за безопасность своих земель и вновь взять в руки оружие. Однако наши племена немногочисленны, поэтому, мудрые вожди, я призываю вас объединить наши отряды воинов в один и, если вы позволите, я встану во главе этого войска.

– Не смотря на то, что твой народ всегда жил в вигвамах и был далек от цивилизации, это не сделало его менее воинственным или глупым, - заговорил с ним вождь майя. – Мы стремились к иерархической государственности, строили пирамиды и храмы, целые города из камня, но потеряли власть и земли также быстро, как и вы. Сейчас же я с уверенностью отдаю тебе, Мудрый Орел, своих воинов в полное распоряжение. У нас теперь один враг, поэтому единство важнее.

– Благодарю тебя за доверие, - поблагодарил его индеец.

– Я присоединяюсь к словам вождя майя, - заговорил вождь ацтеков. – Нас не так уж много в Легенде, чтобы действовать поодиночке.

– Что уж говорить о менее многочисленных здесь племенах, как мое и других вождей, то мы и вовсе не видим смысла биться с воинами Тьмы одиночными отрядами, - поддержал их вождь чичимеков. – Думаю, что остальные вожди согласятся со мной.

Вожди других племен дружно закивали головами, подтверждая свое согласие.

– Я благодарю вас, о, мудрые вожди, за оказанную мне поддержку, - с уважением произнес Мудрый Орел. Он предложил всем воскурить трубку мира, и гости согласились, обсуждая между делом тактическое построение и манеру ведения боя объединенного войска.

На следующий день вожди собрали свои малочисленные племена для совместного обучения. Так сложилось, что Мастер Дао отбирал для жизни в Легенде лишь тех воинов, которых считал достойными созданного им мира, поэтому только редкие народы сумели объединиться в Легенде в отдельные поселения. Большинство же воинов жили в уединении, ограничиваясь общением с жителями лишь соседних владений. Каждый из них мог с честью постоять за себя, но воины не имели опыта действовать сообща. Вожди же индейских племен сделали первый шаг к объединению и обмену опытом в военном искусстве. А в это время продолжали совершенствоваться во владении мечом славяне, самураи, кельты, римляне и другие воины. Весть о предстоящей битве облетела почти все владения. Воины Легенды усиленно стали готовиться к ней и собирать отряды.

Авадон в задумчивости лежал на широком ложе, а рядом сладко дремала демоница Таэтра. Демон вспомнил о поцелуе с Элиной. Он сам не понимал, зачем поцеловал ее тогда. Может быть, хотел так привлечь девушку на свою сторону, заманить в царство Тьмы столь необычным способом? Как глупо было с его стороны надеяться на очарование и привлекательность. Да, Авадон статен, красив, но он – демон, способный обычной девушке внушить лишь страх, а не любовь. И разве можно полюбить демона? Ведь между демонами и демоницами чувства любви не существует. Его заменяет страсть, влечение. А что такое любовь? Авадон не мог ответить на этот вопрос, как не мог понять, почему он испытывает симпатию к Элине. Ее упорство и непоколебимость очаровали Авадона. Как он мог не узнать ее тогда, когда Элина была так близко, всего лишь на расстоянии вытянутой руки, в самом царстве Тьмы. Авадон лишился лучшего из воинов и шанса переманить Элину в свое войско. В крайнем случае, демон мог просто запереть девушку в катакомбах на время битвы. Тогда пророчество Мага не исполнилось бы.