– На этом наше обучение закончено. Всегда буду рад помочь тебе, - ответил ей самурай, поцеловав клинок, и отнес мечи обратно в дом.

– Вы относитесь к мечу с таким уважением, - удивленно произнесла девушка, когда он вернулся.

– Всякая вещь имеет некое подобие души и откликается на нашу любовь и уважение к ней. Если ты будешь с любовью относиться к своему мечу, он станет с тобой одним целым на поле боя и поможет справиться с опасностью в трудных ситуациях.

– Я запомню ваши слова, - сказала Элина, подумав об огненном мече.

– Ну, а теперь настало время подкрепиться и восстановить потраченные силы. Приглашаю вас всех разделить со мной трапезу, - предложил Миямото.

– С удовольствием, - согласился с ним индеец.

– И я не против, - кивнула девушка.

– Тогда пожалуйте в дом, - радостно произнес самурай.

Ученики Миямото направились в дом быстрым шагом.

Самурай же пошел не спеша, беседуя по пути с Мудрым Орлом. Девушка присоединилась к ним. По пути она любовалась прекрасными садовыми цветами. Когда они вошли в дом, низкий столик, стоявший в центре гостиной, был уже накрыт. Усевшись прямо на пол, гости и ученики самурая принялись с аппетитом есть рис деревянными палочками. Элина ела очень медленно, с трудом орудуя непривычным предметом, ведь до этого ей приходилось использовать для принятия пищи только ложку и вилку. Миямото с доброжелательной улыбкой наблюдал за неуклюжими движениями девушки.

Кода же все закончили есть, самурай решил показать гостям свои достижения в живописи.

– Хоть у меня в распоряжении огромное пространство для творчества, иногда хочется запечатлеть наиболее важные для себя мгновения жизни в неподвижном образе, ведь самый прекрасный цветок может распуститься и завянуть через несколько дней, а другой будет уже чем-то отличаться от прежнего. Так и в жизни ни одно событие уже не повторится в стопроцентной точности, поэтому нужно уметь наслаждаться каждым текущим мгновением, радоваться каждому новому дню своей жизни, даже если этот день может стать последним, - философски проговорил Миямото. – Человеческая жизнь призрачна, как роса на траве. Роса способна в любой момент испариться, стоит только подуть сильному ветру или пригреть яркому солнцу. А тело человека подобно цветку. Сначала оно растет, затем достигает полного расцвета сил и красоты, а затем, увядая, становится сморщенным и безобразным. Тело человека получает силы от земли по мере роста и возвращается в землю так же, как и лепестки, опадая, отдают земле остатки жизненной энергии.

Девушка с любопытством и восхищением смотрела на бумажные холсты, вывешенные в гостиной. Среди них было изображение цветущих роз, поединка самураев, медитирующего буддийского монаха на берегу озера и скачущего по полю коня. Но больше всего Элину впечатлила картина с изображением меча, разрезающего стебель фиолетового тюльпана, с лепестка которого падала капля росы. Эта картина показывала всю трагичность смерти от оружия, жестокость войны. Цветок как олицетворение жизни и всего живого во Вселенной, ронял на землю прощальную слезу. Девушка остановилась в раздумьях, осмысливая увиденное. Перед ее внутренним взором пронеслись сотни, тысячи, миллионы страдальческих ликов тех, кто погиб на войне за все время существования на земле человеческой цивилизации. Одни гибли, защищая свободу и независимость своей страны или селения, другие – жадно ища власти и наживы. А, между тем, на Земле еще достаточно незаселенных никем земель. «И разве можно построить счастье одной страны на несчастье другой?», - грустно подумала Элина.

– Говорят, что война – двигатель прогресса, - прервал ее размышления Мудрый Орел. – Но нужен ли людям прогресс ценой таких жертв? И нужны ли будут людям высотные дома, машины и новинки вооружения, если вокруг ни останется ни одного живого цветка или животного, а Земля превратится в огромный испытательный полигон для всех видов оружия?

– Думаю, что нет, - тяжело вздохнув, проговорил самурай.

– Вот и я каждый день обращаюсь к Высшему духу с просьбой предотвратить столь глобальное бедствие, - продолжил разговор индеец. И, если победа над силами Тьмы поможет хоть на время отсрочить подобную катастрофу, я готов положить свою жизнь в бою.

– Давайте не будем говорить о грустном, - оживленно заговорила Элина. – Мне хочется верить только в самое лучшее, в том числе и в нашу победу.

– Тогда я предлагаю тебе отдохнуть и хорошо выспаться перед дорогой, а с утра снова продолжить путь, - сказал Миямото.

– А я, пожалуй, вернусь к себе, - решил Мудрый Орел.

Попрощавшись с индейцем, девушка легла спать в отведенной для нее комнате, а с утренними лучами восходящего солнца она проснулась, позавтракала вместе с учениками самурая и, подозвав к себе Манфреда, покинула владения Миямото.

Девушка скакала по извилистой дороге к главной цели предназначенного ей пути и размышляла над словами Миямото об отношении к оружию: «А как отнесется ко мне сам меч, ведь, судя по словам Учителя, он обладает собственной волей и не каждому владельцу захочет беспрекословно подчиняться? Мастер Дао сказал, что если меч не примет своего владельца, то даже может обжечь его руку, так как способен накаляться и становиться огненно-красным. Раны, нанесенные им в такой момент, становятся трудно заживающими или смертельными. Однако рукоять меча может оставаться и холодной, даже если клинок накален докрасна».

Размышляя об огненном мече, Элина не заметила, как почти приблизилась к огромной, устремленной к небу горе, вершина которой скрывалась в белых облаках, озаренных необычно ярким желтым светом. А дальше, вдоль всего горизонта виднелись вершины менее высоких гор, стоящих бесконечной грядой, преграждая дальнейший путь.

– Значит, это и есть тот самый Альфамир? – изумленно произнесла девушка, пытавшаяся понять, что скрывается за облаками. – Неужели за облаками скрываются врата в лучезарный мир сил Света?