Он обернулся, осветив пространство между колоннами, и забыл, как дышать.

Луч фонаря вырвал из тьмы женскую фигуру в длинном белом платье в пол. Она стояла на чёрном каменном полу и смотрела прямо на Плетнёва. Красивое лицо с правильными чертами, длинные тёмные волосы, заплетённые лентами, яркие синие-синие глаза. И пристальный взгляд, пробирающий до костей.

Если бы она парила в воздухе, как на той мозаике в церкви, он бы, пожалуй, не так бы нервничал. Но она твёрдо стояла на полу, и от этой её материальности становилось только хуже.

Девушка слегка склонила голову на бок, словно изучая его. И всё бы ничего, но движение это было отрывистым и резким, а от того показавшимся неестественным.

И в следующий миг Плетнёв ощутил, как на него накатывает волна панического ужаса, такого, которого он ещё никогда в своей жизни не испытывал. Даже, когда попадал под перекрёстный огонь. Даже когда боевик приставил к его горлу нож во время одного из рейдов.

Каждый волосок на его теле поднялся, ощетинившись от страха.

Впереди немного и в стороне послышался шорох и глухие звуки быстрых ударов по телу.

— Народ! — раздался спокойный и довольный голос Данилы. — Гляньте, кого я тут нашёл!

Алексей моргнул, и видение пропало, словно ничего и не было, только чёрные стены с изображением пыток и казней. Сделал глубокий вдох.

Когда Плетнёв подбежал, всё было кончено. Данила сработал быстро и профессионально. Было в нём что-то цинично-профессиональное. Интересно, какой скелет в твоём шкафу припрятан.

Тем не менее, сейчас обошлось без лишней крови.

— Buongiorno bambino! — Кот рассматривал незнакомца, который сидел на пятой точке и жмурился от света фонарей, а на сведённых за спиной руками поблёскивали наручники. — И как же тебя сюда занесло, amico?

Молодой парень, лет двадцати, может, чуть старше. Так мог бы выглядеть типичный студент.

Джинсы-джоггеры с карманами, хорошая туристическая куртка, под ней толстовка с капюшоном, небольшой рюкзак, и да, отличные ботинки на толстой рифленой подошве. Алексей даже испытал чувство зависти, ему бы такие. На голове — выключенный налобный фонарик на светодиодах. На лице — хороший медицинский респиратор повышенного класса, и обычные туристические очки из плексигласа. Обычные, но тоже хорошие, такие просто так не разобьются.

Может, то, что они потеют в противогазах, у которых уже и фильтры свой ресурс выработали, — действительно, напрасная предосторожность и для защиты достаточно использовать просто шарф или вот такой вот респиратор?

Хотя, скорее всего, парень использует респиратор не потому что боится заразиться патогеном, а просто не хочет дышать здешней пылью, которая, стоит её побеспокоить, реально лезла во все незащищённые одеждой места, да и на одежде тоже скапливалась в достаточном количестве.

— А чего ты не предложил ему сдаться, руки в гору и всё такое, как положено? — шутливым тоном поинтересовался Дмитрий.

— Кем положено? — Данила изобразил искреннее удивление. — Да и времени не было. Вдруг бы не понял, или оказал сопротивление. А так, раз и можно спокойно разговаривать.

Он обошёл пленника, не заморачиваясь, пнул его по голени, заставив показать подошву, довольно кивнул. Ага, та самая надпись. Что ж, хоть не зря сходили, даже осталось время на допрос по горячим, так сказать, следам, пока клиент не очухался и не выстроил тактику поведения.

Плетнёв обратил внимание, что парень, хоть и отворачивается от яркого для глаз света фонарика, при этом постоянно тайком озирается, словно кого-то высматривая.

— Перестань, — произнёс полковник, — мы же не гопники какие. Мы — люди воспитанные. Наш новый знакомый нам всё сам расскажет, ведь так?

Полковник наклонился над студентом, как его про себя уже стал называть Алексей, и посмотрел на него через стекло маски максимально дружелюбным взглядом, какой только мог изобразить. Оттянул респиратор, чтобы увидеть лицо парня, отпустил "намордник" и тот с легким щелчком вернулся на место, заставив студента вздрогнуть от неожиданности.

— Ну, расскажешь нам, что ты здесь забыл и как попал сюда? И помни — у нас не так много времени, чтобы возиться с тобой. Но прежде… Кот, обыщи его!

Всё это время они держали незнакомца под прицелом. Кто его знает, какой он фокус выбросит, хоть бы он и был скован наручниками, лучше перестраховаться, а то знал Плетнёв умельца, который ловко так большой палец на руке выворачивал, что запросто мог из наручников выбраться.

Дима ловко перекинул автомат за спину, на которой и без того находился рюкзак, и без лишних церемоний завалил парня на гранитную плиту, прихватив за связанные руки и надавав коленом на спину, от чего тот даже застонал. После этого тщательно похлопал ладонями по его одежде, осмотрел все карманы, которые только попались ему на глаза, выворачивая их и выбрасывая на пол содержимое.