[11] Ламхина — основная домашняя птица на Тарлаоне, похожая на очень крупного голубя.

[12] Кармон — тарлаонский овощ, по виду и вкусу напоминающий лук.

[13] Хаолисль — женщина или девушка, пользующаяся особым покровительством Лесных Сестёр. При этом, за редким исключением, покровительство распространяется также на всю её семью.

[14] «Право равного возмездия» (лат.)

[15] Стихи автора.

[16] А. Дюма, «Граф Монте-Кристо».

[17] А. Ахматова, «Реквием».

4–11 октября 2005

Твой жребий — Бремя Белых!

Мир тяжелей войны:

Накорми голодных,

Мор выгони из страны.

Р. Киплинг [1]

— Шабаш! — Паланир принялся выпрягать метеланов из бороны. — Полдня отдыхаем, наломались за две недели! В баню сходим, браги выпьем… — крестьянин довольно усмехнулся, окинув взглядом готовое к севу поле.

— А завтра триаму сеем? Или ленсу? — поинтересовался не слишком-то терпеливый по молодости Мардон, тоже распробовавший земную чечевицу.

— Хансат сеем! Ленсу — это по весне.

— Хансат тоже с Симелана? — сообразил Нилармах. — Хлеб мы всё время ели — так он из той муки? — будучи уроженцем Тинистара, кузнец не находил ничего особенного в пшеничном хлебе на столе крестьянина, но отметил про себя, что мука-то — тонкая, «господская».

— Ну! Юлли обещала сегодня зерно привезти, — между своими Паланир обходился без церемонного «ханисетль Юллия».

— Папа! — подбежал радостно-возбуждённый Тарсан, доедавший какое-то лакомство. — У нас маги! С Симелана!

— Ну что ж, — отец степенно отряхнул пыль с рубахи. — Где, в пристройке с орудиями? — из пристройки действительно доносились голоса, переговаривавшиеся на непонятном языке.

Так и есть — трое незнакомых магов заканчивали собирать какой-то механизм, а рядом стояла тоже незнакомая Лесная Сестра, смотревшая на работу с неподдельным интересом.

— Добрый день, о-ханисет! — смущённо поздоровался Паланир.

— Добрый день, фенет Паланир! — повернулась фея. — Я Леренна, а это Виктор, Роман и Артур.

— Добрый день, — ответили два мага. Третий, самый молодой, лишь поклонился и виновато развёл руками. «Совсем по-нашему не говорит», — понял крестьянин.

— Добрый день, о-ханисет! А механизм этот для чего? — сразу поинтересовался вошедший следом Нилармах.

— Сеялка! — улыбнулась Леренна. — Метеланы её по полю тащат, и зерно прямо в землю запахивается, — «семь Наполеонов» и Нисталь с Паланиром решили всё же не секретить от работников симеланские новинки, поскольку и Мардон, и тем более беглец Нилармах с радостью ухватились за предложение иметь постоянную работу.

— То есть хансат просто засыпать сюда надо, и дальше она сама сеет? — сообразил кузнец.

— Да. Зерно в амбаре уже, как раз на сто фарилей хватит с запасом.

— Пали! — вышла из дома жена. — Сеялок только две, отпусти Мардона завтра. Поеду с ним хилетль купить и ламхин хотя бы с десяток.

— Оно, конечно, надо, — согласился Паланир. — Только кормить чем?

— Я как раз узнала, — появилась Юля. — В соседнем селе продавали воз плохо обмолоченной триамы, скоро привезут.

— Ханисетль, ты что, купила уже? — всплеснула руками Навепа.

— Да, как раз на корм ламхинам пойдёт. О-фенет, а вы не попытаетесь несколько кабанов откормить? Кабан — это как кувар, только домашний. Я мясо принесла, сейчас приготовлю и попробуем.

* * *

— Здравствуйте! — машинально кивнула Даша — новый дворник показался ей знакомым. Где же она его видела? Да тогда, на переходе! Когда в последний момент выхватила из-под машины того малыша!

— З-здравствуйте, — испуганно ответил немолодой азиат.

— Почему вы так испугались? — девушка постаралась улыбнуться как можно теплее.

— Ты — пери… — дворник начал беззвучно шептать не то молитву, не то какой-то наговор.

— Пери же не злые? — мягко возразила Даша. Отпираться смысла не имело — человек тоже хорошо её запомнил и прекрасно понимал, что обычной девушке такое чудо было бы не под силу.

— Они разные. Добрые есть, и злые есть. Но ты, похоже, добрая — спасла тогда мальчика… А дочке моей поможешь? — вдруг спросил с надеждой азиат, заметно дрожа от собственной смелости.

* * *

«Это Анна. Анна тут», — Инесса старательно выписывала слова из учебника по русскому языку, проговаривая их вслух. О Лаонет, во что она только ввязалась! Один лишь совершенно незнакомый язык чего стоит! И не просто незнакомый, а язык цивилизации, ушедшей на тысячелетие вперёд — половину терминов и понятий на тарлаонский попросту не перевести. И это только один из многих языков Симелана… ой, Земли — хорошо хоть, один из основных. А ещё ведь и мироописание Земли учить, и летоописание. Да, Леренна с Манелиссой смогли кое-как выучить русский, но они умницы, и выдавать себя за землянок им не приходится… «Ну и что, я тоже умница! Смогу!» — девочка решительно стиснула зубы.