Несколько часов ушло на подбор гроба, венков, памятника, организацию поминок и прочие необходимые процедуры. По итогу девушка лишний раз убедилась, что умирать в наше время очень дорого. На организацию проводов в последний путь бабушки ушли все ее сбережения.

Когда с делами было покончено, Виктор предложил своей подруге помочь ей разобрать бабушкины вещи. На что та быстро согласилась. На самом деле ее до ужаса пугала перспектива вернуться одной в опустевшую квартиру, где все ей напоминало о горечи утраты.

Не успели они зайти в квартиру, как соседняя дверь приоткрылась и к ним вышла невысокого роста старушка, одетая в расшитый причудливыми цветами халат и домашние тапочки.

— Жанночка, милая, так это ты. Доброго здоровья тебе, родимая, — тоненьким голоском заговорила бабушка божий одуванчик. — А я слышу, идет кто-то, решила посмотреть. А что это за молодой человек с тобой?

— Здравствуйте, Тамара Эдуардовна, это мой друг Виктор. Он пришел помочь мне с бабушкиными вещами.

— Слышала, слышала, — голос старушки резко наполнился печальными нотками. — Жалко Аннушку. Жила и жила бы еще много лет, а тут такая напасть. А уж как бы она обрадовалась такому гостю…

Произнося последнюю фразу, соседка с улыбкой посмотрела на молодого человека, отчего тот залился краской. Заметившая это Жанна также смутилась и, быстро попрощавшись со старушкой и пожелав ей здоровья, спешно открыла дверь бабушкиной квартиры и затащила туда друга.

Квартира выглядела точно также, как и сутки назад, когда девушка отправлялась на фестиваль. Но чего-то неуловимого не хватало. Как будто куда-то улетучился весь уют, а его место заняло тяжелое чувство пустоты. Создавалось ощущение, что прошли не сутки, а несколько лет.

Гнетущую атмосферу нарушила Марго, выбежавшая из спальни встречать гостей. Сиамская кошка с интересом стала кружить вокруг незнакомого мужчины и тщательно его обнюхивать. Закончив “инспекцию” она подошла к хозяйке и дала взять себя на руки.

— Ну хоть ты у меня осталась, — приговаривала та, поглаживая мягкую шерстку — Ты, должно быть, голодная. Некому накормить было.

Пригласив друга проходить в комнату и чувствовать себя, как дома, Жанна отнесла Марго на кухню, положила ей свежего корма и обновила миску с чистой водой.

— Может быть тоже чем-нибудь перекусим? — окликнула она гостя и, получив положительный ответ, занялась готовкой.

Виктор же в это время был занят осмотром интерьера. Обстановка была выполнена в классическом советском стиле и поражала своей чистотой. Все место у одной из стен занимал массивный, слегка выцветший от старости диван. Возле него стояло кресло-качалка, в котором лежали теплый плед и принадлежности для вязания. Напротив на небольшом столике стоял старенький пузатый телевизор с электронно-лучевой трубкой. Глядя на него, мужчина не смог сдержать улыбки. Черный пластиковый ящик украшала положенная сверху искусно сделанная белая вязаная салфетка.

Главное же место в комнате занимала монументальная советская стенка. При взгляде на нее гостя в первую очередь поразили не ее размеры и не причудливая резная отделка. По-настоящему грандиозное впечатление оказало количество находящихся в ней книг. Здесь была и русская классика, и произведения западных фантастов, и приличное количество обучающей литературы. Некоторые книги были откровенно старыми, их обложки уже начали разваливаться, несмотря на тщательный уход. Другие же были достаточно новыми.

Пробегая глазами по названиям томов в поисках книг, которые читал в детстве, Виктор обратил внимание на книгу, лежавшую отдельно от остальных. С обложки на него смотрело такое знакомое лицо девушки в доспехах.

“Так вот на кого ты хочешь быть похожей, — усмехнувшись подумал он. — Хороший выбор.”

Оторвавшись от книг, мужчина заинтересовался вереницей расписных фарфоровых слонов, расположившихся на центральной полке.

— Это мамины, — услышал он тихий голос у себя за спиной.

Обернувшись, Виктор увидел вошедшую в комнату Жанну. В ее руках был необычный металлический поднос с двумя широкими ножками высотой сантиметров в тридцать, на котором разместилась тарелка с закусками, графин морса и пара стаканов. Гость быстро догадался, что именно на нем девушка приносила еду своей бабушке, по размерам он идеально подходил к креслу-качалке, а сейчас она взяла его уже по привычке.

— Видимо, ты очень сильно любила маму, раз до сих пор сохранила ее коллекцию, — мужчина взял поднос из рук подруги и, за неимением обеденного стола, поставил его посередине дивана. — Может быть расскажешь о ней?