Артур был прав, к загону, расположившемуся на соседней поляне уже начали стягиваться гости фестиваля. И не зря, там их ждали пятеро прекрасных скакунов. Чистая, идеально расчесанная шерсть блестела на солнце. У двоих из них гривы и хвост были заплетены в косички. Кони медленно топтались на месте в ожидании всадников. И те не заставляли себя долго ждать.

Жанне приглянулся белоснежный конь, которого, как оказалось, звали Пегас. Девушка медленно подошла к нему, аккуратно погладила заплетенную гриву и угостила его предложенным конюхом яблоком. Тот благодарно принял угощение и потерся о девушку головой, обдавая ее теплым дыханием.

— Помогите подруге взобраться, — обратился к Виктору мужчина, державший поводья, хотя тот и сам собирался это сделать.

Как только девушка подошла к седлу и поставила одну ногу в стремя, он подошел сзади, взял ее за талию и слегка потянул вверх. От этого движения Жанна вскрикнула, повалилась вместе в другом на траву и схватилась за бок.

— Что случилось? — услышала она его сдавленный голос.

— Не здесь.

Под удивленными и испуганными взглядами окружающих двое друзей ушли в сторону лазарета. Однако, далеко идти не пришлось. Стоило им скрыться от посторонних глаз, девушка остановилась и объяснилась:

— Я не хотела тебе говорить, не хотела, чтобы ты беспокоился.

С этими словами она слегка задрала одежду, обнажая живот. На ее левом боку красовался большой шрам. Он выглядел старым и зажившим, но Виктор точно помнил, что еще совсем недавно никакого шрама не было.

— Он появился сегодня утром, — продолжила она и тревожно спросила. — Этого ведь не может быть?

Виктор слишком хорошо помнил, как обрабатывал ее рану во сне. Поэтому он не мог отрицать очевидного, это был след именно от того ранения. Вместо ответа он крепко обнял ее, стараясь не задеть больное место, и попытался успокоить, хотя его самого увиденное привело в неподдельный ужас. Во сне они совсем не в безопасности.

Спустя минуту их нагнали Артур с Еленой. Они переживали за друзей и сходу стали расспрашивать, что случилось. Те не стали рассказывать правду, чтобы не пугать их еще больше. Вместо этого они сослались на внезапную судорогу, из-за которой нога выпала из стремени. Ответ устроил всех и фестиваль продолжился. Однако недолго.

Когда спустя час друзья наслаждались свежими пирожками, приготовленными в настоящей русской печи, Жанне поступил звонок. Она слушала звонившего буквально окаменев, а по окончании звонка пулей бросилась к воротам. Только там Виктор с Артуром смогли ее догнать, а выслушав ее, вызвали такси и, попрощавшись с Еленой, отправились в город.

В больнице их встретил заведующий отделением реанимации. Он провел их в палату, где на койке лежала бабушка Жанны.

— Сердечный приступ, — сочувственно произнес доктор. — Мне жаль. Мы ничего не смогли сделать.

Только через полчаса друзьям удалось вывести рыдающую Жанну из палаты. Обговорив с врачом дальнейшие действия они покинули больницу. Виктор вызвался отвезти подругу домой, а Арчи обещал договориться, чтобы ее не искали в ближайшие дни на работе. От утреннего ощущения праздника не осталось и следа.

И вновь, провалившись в сон, Виктор оказался в старом охотничьем домике. Его соратница по-прежнему лежала на кровати в беспамятстве. И не удивительно. После случившегося она никак не могла прийти в себя, как бы он не пытался ее успокоить. И только согласившись принять снотворное, она благополучно уснула.

Рана девушки начала затягиваться, ей стало заметно лучше. Однако очнувшись, Жанна продолжила лежать и апатично смотреть в потолок.

— Нам пора идти, — прошептал мужчина, осторожно выглядывая из окон на остатки войска Барбаса, добивающих его бывших соратников. — Если выдвинемся сейчас, сможем пройти незамеченными.

— Я никуда не пойду.

Неожиданный ответ шокировал молодого волка настолько, что тот отвлекся от наблюдения за врагом, подошел к подруге и сел на краешек кровати.

— Если мы останемся здесь, нас рано или поздно найдут и убьют. Идем!

Та в ответ лишь безвольно махнула рукой.

— Ну так иди, я тебя не держу.

— Да как ты только могла подумать, что я брошу тебя здесь? — Виктор аж вскочил с кровати от возмущения. — Я понимаю, насколько тебе плохо, но это не повод сдаваться.

— Ничего ты не понимаешь!

Жанна резко вскочила на ноги и с ненавистью посмотрела в глаза собеседника, но быстро сдалась, опустилась на пол и, обхватив руками колени, заплакала.

— Мне незачем больше жить. Бабушка была последним близким человеком в моей жизни. У меня никого не осталось. она оставила меня одну. Как и родители тогда. Каким бы хорошим человеком я ни была, чтобы я ни делала. Смерть раз за разом приходит и отбирает у меня самое дорогое! Я устала бороться, это бессмысленно!