Ялма очень не одобряла, что подружки младшей дочери излишне самостоятельны. Она считала, что их родителям следовало быть более ответственными. Ни она, ни Хаид не запрещали ее общение с ними, но как Кара сказала:

— Наступит день, и ты сама поймешь, насколько тебе необходима дружба Мали. Пока же ты — ребенок, наслаждайся свободой.

По центральной улице поселка из большого дома на холме, принадлежавшего главе рыбацкой гильдии, шла веселая, нарядно одетая процессия.

Несколько десятков молодых людей и девушек обменивались шутками и подзадоривали друг друга, пока не дошли до массивного забора вокруг дома главы гильдии кузнецов, построенного на окраинах городка.

Из процессии у калитки вперед выдвинулась уверенная, богато одетая женщина и зычно заговорила. Смысл ее слов Кастия не понимала, но звучало очень весомо и даже красиво. Она оглянулась на своих спутниц и заметила, что все взирают с восхищением.

— Что она делает, мам? — спросила девочка.

— Она начинает торговлю, — шепнула мама Кастии, крепко держа ее за руку, но не спуская глаз с переговорщицы. По виду мамы и ее взволнованно-довольному виду, она поняла, что происходит что-то хорошее.

— Она недавно прибыла, — тихо сообщила Сатия, — но уже заключает большинство брачных сделок. Таких мастериц всего-то десяток. Поговаривают, что ее Владыка нанял для переговоров о браке наследника.

— Хороший переговорщик важен для такого дела, — подтвердила одна из соседок, — Только, Сати, твоим старшим сыновьям тоже видные мастерицы сделки заключали.

Сатия покивала с улыбкой и неожиданно с грустью заметила:

— Для моего среднего явно придется вот эту переговорщицу нанимать.

Все вокруг засмеялись. Кастия с удивлением обернулась, посмотрев на странных взрослых. Ведь средний у Сатии — Террин, он — ровесник их Верта. Им же еще рано женится. Так она и сообщила женщинам с детской непосредственностью.

Все присутствующие весело рассмеялись, а Сатия пояснила:

— Начинать подготовку лучше заранее, а то всех хороших невест разберут, — она окинула ласковым взглядом Кару, которая старательно вслушивалась в разговоры у калитки и не обращала внимания на провокационные заявления. Ялма слегка приподняла брови в ответ, не проронив не слова, тогда как Сатия продолжила:

— Но мой пострел совсем взрослеть не собирается. Как и думать о будущем, — она огорченно покачала головой, — Когда он соберется же…

— Не переживай, дорогая, — откликнулась вторая соседка, — просто объяви, что он — свободный парень, и невесты сами появятся.

Очередной взрыв смеха сотряс воздух. Сатия поджала губы, недовольно нахмурилась, не одобряя поведение сына, но не стала комментировать, что таких невест в ее семье не примут.

— К счастью, младшие у нас с Неритом посерьезнее будут, — скупо сказала она, — Но ничего, еще есть время. Пусть все идет своим чередом.

Ялма значительно посмотрела на старшую дочь: "О чем я тебе не раз говорила, помнишь?" А затем протянула руку и сочувственно похлопала Сатию по предплечью. "Держись, дорогая, и не обращай внимания на разные толки".

О том, что об этом часто и помногу обсуждают, они и так знали. Только любая из их подружек с удовольствием бы породнилась с семьей Нерита и Сатии. С той долей наследства, что они определили каждому из своих сыновей, парни становились лакомым кусочком, призом в брачных переговорах. Поэтому Сатия и заговорила сама, проверяя реакцию.

Перед калиткой долго препирались, уговаривали и договаривались. Кара тихонько шепнула, что это все — спектакль, потому что родители молодых оговорили заранее. Все эти выкупы и уговоры — представление. Так положено. Как и грустная невеста, выходившая из дома родителей с женихом под руку.

Невесту разглядеть не получилось. Длинные пышно украшенные одежды и плотная вуаль скрывали ее от глаз окружавших. Жених рядом лучился от счастья. Еще бы такую красавицу отхватил, у всех из-под носа увел. Вместе с богатой лавкой отца.

Невесту и жениха посадили на разукрашенную лентами и цветами арбу, запряженную двумя симпатичными осликами, и они поехали до Храма. Сопровождающие жениха и присоединившиеся к ним родственники невесты веселой толпой направились в дом родителей жениха.

— Молодожены вернутся из Храма к своим родным и будут там праздновать, — сообщила Кара, — а потом переедут в свой дом.

— Который построили у рощи? — уточнила Кастия, — Он такой красивый. Совсем как наш.

Кара согласно покивала. Дом действительно был очень красивый. Взрослые говорили, что строительство началось, когда сговорили невесту. Родители согласились отдать дочь только в отдельный дом, не желая, чтобы она жила с многочисленной семьей жениха. В своем же доме она будет хозяйкой. И пусть старики сетовали, что это нарушает древние обычаи, но жизнь не стоит на месте. Кара тоже хотела бы жить отдельно. И для Кастии тоже.