— Я не могу вот так просто уехать, — она вздернула подбородок и посмотрела на мужа. — У меня остались еще дела во дворце. И потом, необходимо что-то решить с должностью у Ее Высочества. Формально, я все еще считаюсь фрейлиной герцогини АшНавар и у меня есть обязанности…

— Единственная ваша обязанность со вчерашнего дня — это угождать мне, — оборвал ее Кристиан и, не обращая внимания на округлившиеся от этого высказывания глаза жены, подхватил ее под локоть, мягко подтолкнул в сторону кареты. — Я не собираюсь задерживаться здесь дольше необходимого и на это есть причины.

Он усадил жену в экипаж и забрался туда сам. Протянул руку в сторону Кьяры, едва не задев ее грудь. Девушка вздрогнула и резко отшатнулась, больно стукнувшись затылком о стенку кареты.

— Осторожнее, шиисса. Мне начинает казаться, что вы и в самом деле не слишком ловки, — усмехнулся Кристиан и откинул вперед небольшую полку, крепившуюся к стене с помощью тонких, но прочных металлических цепочек.

Цепочки скрипнули тихонько, и вот уже перед Кьярой оказался своеобразный стол для письма. Такие штуки присутствовали во многих экипажах, но чаще всего использовались для игры в карты во время путешествия или же как обеденный стол для тех, кто предпочитает не прерывать движение для того, чтобы перекусить.

В карете же графа ШиДорвана, полка была приспособленная для письма. Она имела небольшое углубление, в которое была встроена чернильница с такой хитрой крышкой, что даже во время тряски чернила не расплескивались. А еще там были тонкие листы бумаги с гербом и вензелями графа и все, что необходимо для письма.

— Пишите, — кивнул Кристиан.

— Что писать? — не поняла Кьяра.

— Записку с распоряжениями вашему поверенному, — усмехнулся граф. — Ваша горничная знает, где хранятся драгоценности?

— Только то немногое, что пережило обыск, — сглотнула Кьяра. — Все ценные вещи и дорогие украшения, я оставила на хранение шессу королевскому казначею.

— Тогда и ему пишите, — кивнул Кристиан, и в его взгляде, Кьяра прочла заинтересованность. — Я лично отправлюсь к нему.

— Но… — она попыталась было возразить, сказать, что это ее вещи и только она имеет право распоряжаться ими, но столкнувшись со слегка насмешливым взглядом мужа, предпочла не продолжать эту тему.

— К горничной будут какие-нибудь требования? — поинтересовался Кристиан. Когда Кьяра передала ему две записки: одну для шесса казначея с просьбой выдать все ее драгоценности, оставленные на хранение, вторую, свернутую и запечатанную в конверт, — для ее поверенного в столице.

— Мне будет позволено взять ее с собой? — поинтересовалась Кьяра с легкой насмешкой в голосе. — Или же даже такая малость, как привычная служанка теперь недоступна?

— Не стоит язвить, — ничуть не впечатлился Кристиан. — Ваша служанка захочет последовать в Пограничье и оставить тепленькое местечко при дворе? Вы заключали с ней контракт?

— Да, заключала и он еще не истек. А поехать вместе со мной Агнесс сама изъявила желание. Так что…

— Хорошо, — Кристиан выпрыгнул из кареты и повернулся к супруге. — Я оставлю с ней кого-нибудь из своих людей в помощь. Она последует за нами вместе с вашими вещами.

Кьяра вздохнула облегченно. Ну, хоть что-то. Она не была слишком уж привязана к Агнесс и, если честно, то горничная не отвечала и половине предъявляемых требований, была несколько рассеяна и любила громко выражать свое недовольство, но она, по крайней мере, была знакома Кьяре. И предана в какой-то степени. А иметь хотя бы одного своего человека в той, новой жизни и в далеком Пограничье — это уже что-то.

— Оставайтесь в карете, — произнес Кристиан, — не высовывайтесь и ждите меня. Скоро мы отправляемся.

— Но… — Кьяра тут же воспротивилась такому самоуправству и попыталась выбраться из экипажа, следом за мужем.

— Ижен! — крикнул граф.

Словно из воздуха перед ним тут же материализовался огромный, как гора, детина. Он появился так неожиданно, что Кьяра от испуга отшатнулась назад и едва не упала на пол кареты.

— Ижен, — тем временем продолжал граф отдавать указания, — поручаю графиню твоим заботам. Ее никуда не выпускать, близко никого не подпускать.

Громила поклонился и тут же встал возле открытой двери экипажа, всем своим видом выражая готовность точно следовать приказу господина.

Кьяра несколько раз глубоко вздохнула, чтобы успокоить расшатавшиеся нервы, а затем все-таки решительно высунула нос из экипажа.

— Не положено! — тут же раздался громовой раскат голоса Ижена.

Кьяра икнула испуганно, но не потрудилась спрятаться обратно. Вместо этого, она снова попыталась выбраться из кареты.

— Не положено! — повторил Ижен и, протянув свою огромную руку с кулаком, по размерам способным поспорить с боевой булавой, перегородил ей проход. — Шиисс ШиДорван приказал не выпускать вас.