— Кто будет заниматься организацией? — нахмурилась Кьяра. Такие сюрпризы она не любила. Одно дело, когда сама приглашаешь гостей на ужин спонтанно, и совершенно иное — если это мероприятие планируется с размахом.

— Мой распорядитель все подготовит, шессу Ардено не привыкать к таким вещам. Мы здесь редко устраиваем традиционные балы и приемы, подготавливаться к которым надо несколько дней, а то и недель. А такие вечера, когда за столом собираются только самые близкие — не редкость.

— Хорошо, — Кьяра кивнула. — Я скажу шессе Морин, если нужна будет помощь или… — она передернула плечиками. Тут же пришла мысль, что, наверное, стоит задать мужу несколько вопросов, относительно открывшегося ей вчера.

— Благодарю вас.

Закусив губу, Кьяра посмотрела на супруга из-под ресниц. Отметила его расслабленную позу, особое внимание уделила рукам: широкая ладонь, длинные пальцы, аккуратно подстриженные ногти, отсутствие колец. Если у нее и оставались какие-либо подозрения, что граф ШиДорван и Ветер одно и то же лицо, то теперь они полностью исчезли. Пальцы Ветра были унизаны перстнями, Кристиан же их вовсе не носил. Отметив блуждающую по губам улыбку и искрящийся довольством взгляд, Кьяра решилась.

— Я хотела поговорить, — начала она и, дождавшись, когда Кристиан вопросительно поднял одну бровь, продолжила. — Вы вероятно, уже в курсе, что вчера у меня были гости.

— Да, — граф не стал отпираться и Кьяра поймала себя на мысли, что пока не знает, как к этому относиться. Хорошо ли, что муж расспрашивает о ее делах у слуг или это не стоит того, чтобы заострять внимание? В любом случае, поговорить она желала не об этом.

— Так вот… я хотела поговорить с вами о шииссе Шанталь и…

— Осторожнее, — предупредил Кристиан. Веселость слетела с его лица, как по волшебству, но поза все еще оставалась расслаюленой, — это не та тема, которую стоит поднимать.

— Но почему? — Кьяра почувствовала, как краска отхлынула от лица. Ей не нравилось, куда заходил это разговор. — Простите, но вам следовало бы отослать ее. Как делают все. Я имею право на то, чтобы не требовать хотя бы видимость соблюдения приличий и…

— Нет, — Кристиан сжал челюсти, — у вас нет такого права. Шиисса Шанталь на протяжении многих лет жила во дворце. К сожалению, у меня не было родственниц женского пола, чтобы возложить на них обязанности хозяйки и эта обязанность целиком и полностью лежала на ней. Вряд ли я теперь могу отблагодарить ее за помощь и поддержку, выставив вон из того единственного дома, который у нее есть.

— Теперь у вас есть жена, — ледяным тоном произнесла Кьяра. — И вы сами неоднократно повторяли мне, что я здесь хозяйка. Стоит ли мне воспринимать ваше нежелание отослать подальше свою фаворитку тем, что ваш интерес к ней не остыл?

— Вы хозяйка в этом доме, — кивнул граф. — И я этого не отрицаю. Но шиисса Шанталь останется здесь столько, сколько сама пожелает. Надеюсь это понятно. И еще, смею выразить надежду, что больше мы к этому разговору не вернемся и вы примете мое решение, как должно.

Жгучая обида разлилась по венам, Кьяра с такой силой сжала кулаки, что поранила ногтями ладони. Она изо всех сил старалась сдержаться. Не вспылить, не устроить истерику — выдержать это оскорбление с высоко поднятой головой, не показать вида, что ее это задело.

Одним глотком допив содержимое своей чашки, не задумываясь о том, как это выглядит со стороны, она решительно поднялась из-за стола, не дожидаясь помощи со стороны супруга.

— Я вас поняла, — произнесла ледяным тоном и развернулась, чтобы покинуть комнату.

— Кьяра, — Кристиан догнал ее уже у двери, перехватил за локоть и развернул к себе лицом. — Вы…

— Нет нужды повторять дважды, — ее лицо застыло, словно маска: губы сжаты, глаза смотрят равнодушно, холодно даже, голос отстраненный, чужой. — Я помню о том, что брак заключен без контракта и мое слово, в принципе, не имеет никакого веса или значения.

— Кьяра, — по лицу графа пробежала легкая судорога, — не передергивайте. Это все не имеет никакого отношения к делу.

— Как вам угодно, — равнодушно пожала плечами Кьяра. Чтобы не сорваться и удержать слезы, которые вопреки здравому смыслу жгли глаза, она смотрела исключительно на верхнюю пуговицу его камзола. — Смею предложить сегодня вечером предоставить обязанности хозяйки шииссе Шанталь, раз она так великолепно справлялась с ними ранее. Боюсь, я буду неважно себя чувствовать.

— Об этом не может быть и речи, — резко оборвал ее муж. — Сегодня вечером, вы займете положенное вам место и будете улыбаться гостям, шутить и выглядеть счастливой.

— Как вам будет угодно, — все так же равнодушно повторила Кьяра. Она чувствовала, как земля уходит из-под ног, как обида заполняет ее жгучей волной. Сдерживаться становилось все сложнее, а показать слабость она не имела права. Нельзя дать понять, как сильно задевает ее поведение мужа, как унижает то, что он не желает отослать подальше свою любовницу. Нельзя, чтобы он понял, как ей больно.