– А ты думал, Королевство огорожено забором с полосатыми столбами, чтобы издали видно было?
– спросил Ниро в ответ на замечание рыцаря, не отрываясь от разжигания костра.

Дориан пожал плечами:

– Да нет, но все-таки... Хотя так, наверное, происходят все важные вещи... В смысле, о том, что они произошли, мы догадываемся уже потом...

Ниро, наконец, оторвался от огнива и удивленно глянул на принца. Однако сказать ничего не успел - послышался шум. Треск веток, топот, непонятные крики быстро приближались к поляне, где друзья решили устроиться на ночлег, так что руки тут же потянулись к оружию. Правда, на этот раз оно не понадобилось.

На поляну выскочил какой-то зверь. Бежал он зигзагами и был явно испуган, так что даже не сразу заметил людей, а заметив, резко остановился и замер, не зная, что предпринять. Друзья тоже застыли от удивления - никому из них не только видеть, но и слышать о таком не приходилось.

Дориану зверь с первого взгляда показался похожим на пони, который катал его когда-то в детстве. Вот только ни у одного пони точно нет такой стати, которой позавидует самый благородный скакун, а еще... длинных ушей, как у ослов, на которых возят поклажу крестьяне южных окраин Королевства. К тому же зверь обладал горбатой спиной и странной шишкой на лбу, там, где у любимого гнедого коня принца была белая звездочка, а также нервно бил себя по бокам львиным хвостом. "На спине с двумя горбами, да с ослиными ушами" - пронеслись в голове Ниро невесть откуда взявшиеся слова.

Все это юноши успели рассмотреть за несколько мгновений. Потом под деревьями раздался снова топот и хруст веток - похоже, за странным зверем гнались. Это решило его сомнения. Зверь метнулся к людям и прижался к бедру Ниро, который успокаивающе погладил его шею.

Надвигались сумерки, и под деревьями вокруг поляны почти ничего нельзя было рассмотреть, а погоня так и не показалась на открытом месте. Из шевелящихся кустов раздался свист и смех, потом голоса:

– Эй, Недомерок! Не трусь, иди к нам!

– Что, встретил людей? Тебе сегодня повезло, Недомерок!

– Вот именно, сегодня! Или ты думаешь, они будут защищать тебя вечно?

Однако крики вскоре прекратились - преследователи, кто бы они ни были, ушли. Тот, кого называли Недомерком, по-прежнему дрожа, жался к Ниро. Менестрель, присев, заглянул ему в глаза - и долго не мог отвести взгляда. Из-под трепещущих длинных ресниц на него глядели самые прекрасные в мире глаза. Свет разгоревшегося костра отражался в них, но не только - они светились своим собственным мягким светом, напоминавшим свет весенних звезд. Мудрых и вечно юных звезд, знающих все тайны мира, всю его красоту и весь ужас, всю мудрость и все безумие, но не устающих смотреть вниз...

– Ты... ты единорог, - наконец проговорил менестрель.

Зверь моргнул и отвел глаза. Очарование исчезло.

– Да... И нет, - тихо ответил он, - Разве вы когда-нибудь слышали, что бывают такие единороги? Я - Недомерок...

– Но почему?
– начал было с трудом сумевший заговорить Дориан, и снова замолчал, не зная, как продолжить.

– Я расскажу, если хотите, - раздался за спинами друзей тихий мягкий голос. Они повернулись - и в который раз за этот вечер застыли в изумлении. И восхищении. Перед ними на поляне стоял единорог - самый настоящий, словно вышедший из тех рассказов, которые в землях Королевства почто уже успели стать сказками.

Красота и изящество каждого его движения, каждого переката мускулов были на грани того, что может увидеть человеческий глаз, витой рог подобен рапире, белая шкура слабо светилась, а в глазах стояла грусть.

– Я Линь Мэй, и я старше гор на востоке, - произнес единорог, - Юн Чи, Недомерок - правнук мне... Давайте сядем у костра - я расскажу вам длинную историю.

Люди послушно сели, белый единорог устроился по другую сторону костра, на границе света и тьмы, а Недомерок Юн Чи в конце концов успокоился и прилег недалеко от Ниро.

– Давно уже в этот лес не приходили люди из-за гор, - начал Линь Мэй, белый единорог, - И я не знаю, что помнят они о племени единорогов. Ведь мой народ гораздо старше вашего... Века на наших глазах не спеша сменяли друг друга, вырастали леса, горы сменялись равнинами, и единороги долгое время были единственным разумным народом. Правда, раньше нас появились духи, вместе с горами, породившими их, но можно ли назвать духов разумным народом? Потом пришли люди. Однако нам не было дела ни до тех, ни до других. Люди пахали землю и строили селения, духи обживали свои пещеры. Мы же спокойно жили в глубине Леса, наблюдая проходящую мимо жизнь. Даже друг с другом мы встречались редко. Зачем? Ничего нового рассказать друг другу мы не могли, да и малыши почти не рождались - в этом не было необходимости, ведь никто из единорогов за все эти века не умер. Ничто в мире не могло причинить нам вред - это была привилегия первенцев мира... Время неслышно оседало серебром на наших шкурах и сделало нас равнодушными к тому, что происходило вокруг.

– Но ведь...
– начал было Ниро, и замолчал в нерешительности.

– Что ты хотел сказать?
– единорог грациозно повернул голову к юноше.

– Прости, но ты сказал, что единороги были неуязвимыми, - тихо продолжил Ниро. Он смотрел в огонь, выдержать взгляд этих глаз не хватало смелости, - Мне, человеку, наверное, не пристало говорить об этом, но ведь были времена, когда люди в своем безумии истребляли единорогов сотнями...