– Может и заполучил, – отмахнулся Титов, – суть не в этом. Главное, вы уяснили, что это невозможно.

– Что? – не понял Аверин. – Тогда к чему весь этот сыр-бор?

– Вы рта раскрыть не даёте, – Титов повременил, предупреждая очередные наскоки, но, так и не дождавшись оных, продолжил: – Дело в том, что сам человек совершить столь сложные движения попросту не может, как и не в силах человечество в целом достичь скорости света. Но давайте хотя бы на миг представим, что изобретён такой механизм, который способен разогнать наши конечности до частоты – восемь герц. Нас привязывают к устройству, фиксируют руки, нажимают вкл. и...

– И??? – в один голос повторили Аверин и Женя.

– Нам просто отрывает руки. Ни мышцы, ни кожа, ни даже кости не в состоянии выдержать подобной нагрузки. Это и есть та самая напряжённость, что возникает внутри тканей. То же самое происходит и в случае, когда корабль с живыми организмами на борту резко разгоняется, тормозит или просто летит в пространстве на скоростях близких к скорости света. Если ничего не предпринять, скелет попросту расплавится и всё, что останется от экипажа – это «малиновый морс».

– Как всё просто, оказывается, – Аверин покрутил пальцем у виска. – А я-то думал...

– Жуть, – Женя машинально ухватилась за подбородок. – Знаете, это не совсем то, что хочется слышать перед полётом.

– Вот я, к примеру, уже ни в чём неуверен, – заметил Аверин. – Но ведь этот ваш генератор не допустит, чтобы мы превратились в морс?

Титов самодовольно кивнул.

– Смею вас заверить, ничего такого страшного с вами, как и со мной, в полёте не случится. Если бы данная проблема не была решена, ничего этого попросту бы не было. Или вы думаете, что мы бы рискнули сунуться в открытый космос просто так, на авось? Это глупо, а факт боязни и не боязни, сами знаете, какой недуг определяет.

– Как же это происходит? – спросила заинтересованная Женя.

– Генератор работает на основе тёмной материи. Мы используем аннигиляцию водорода – это значительно проще: есть возможность контролировать процесс взаимодействия частиц и античастиц, кроме того, в наших руках – неисчерпаемый источник топлива: космос. Сложность заключается в удержании полученной антиматерии – она существует ничтожно малый промежуток времени, в течение которого должно произойти взаимодействие. Таким образом, производственные циклы должны быть буквально отшлифованы, потому что случайная погрешность может... – Титов нервно улыбнулся. – Может создать реальные проблемы. Но сейчас не об этом. Повторюсь, принцип действия прост – элементарная физика. Как избавиться от силы, которая нам мешает? Нужно создать другую силу, встречного направления и равного потенциала. В этом случае, силы компенсируют друг друга, а их результирующая будет равна нулю – это принцип работы любого электромагнитного реле. Только в случае с электроникой взаимоуничтожаются электромагнитные поля. Но, по сути, то же самое мы имеем и здесь: той напряжённости, что стремиться разорвать наши тела, мы противопоставляем равную ей по величине силу с приставкой «анти». Ву-аля!

– То есть, ваша «штука» создаст вокруг корабля что-то вроде электромагнитного поля? – Женя закусила фалангу.

– Именно. Но я бы не назвал данный барьер полем – это скорее некая зеркальная грань, которая как бы поглотит энергетическую составляющую фактической напряжённости, направив ту на другие объекты Вселенной.

Аверин покачал головой.

– И каково же это, оказаться внутри такого «тёмного» облака? У вас есть гарантии, что когда щёлкнет рубильник, из-под пульта не полезут черти?

Титов молчал.

– Гарантий нет никаких, – сухо сказал он, спустя паузу. – Единственное, что я вам могу сказать с точностью: во время полёта вы соприкоснётесь с сингулярностью и на время сделаетесь бессмертными.

– Бессмертными??? – Женю буквально парализовало.

– Именно. Мы создали искусственную сингулярность, при которой не действует Второй закон термодинамики, а соответственно, нет и энтропии. Замкнутая система при этом – в отсутствии энтропии – представляет собой бесконечную прямую, по которой...

– Можно двигаться вечно... – прошептала окончательно сбитая с толку Женя.

Титов нахмурился.

– По которой лучше не двигаться вообще. Ещё неизвестно, куда именно может завести проторённая невесть кем тропа. Вам нужно уяснить всего одну вещь: во время полёта с включенным генератором антинапряжённости, внутри кабины поселится ничто... или нечто, с чем человечеству ещё не доводилось иметь дело.

– Иметь дело? – уточнил Аверин.

– Сталкиваться, – пояснил Титов.

– Во что же тогда превратимся мы сами? – Жене нестерпимо хотелось домой, к маме.

Украина. Одесса. Дельфинарий «Немо». «Краткое отступление».

– Так говорите это тот самый дельфин? – Элачи осторожно пододвинулся к бортику бассейна, стараясь не совершать лишних движений; зеркальная кромка воды отражала огни прожекторов – больше ничего видно не было.

– Он самый, – кивнул Евгений Валерьевич. – Страшный недуг по какой-то неведомой причине его не коснулся. Так вы специалист по дельфинам?

Элачи вздрогнул.

– Что, простите?