Дмитрию вдруг показалось, что Тромб пытается успокоить его. И делал это виртуальный боец слишком уж неуклюже, по-человечески.

«Или мне это от страха кажется?
– спросил себя Потемкин.
– Откуда взялась уверенность в голосе, словно на его счету десятки подобных операций? И вообще, что может смыслить в медицине бывший бот компьютерной программы?»

– Не хочу быть овощем, - произнес он, оправдываясь.
– Без операции нельзя никак обойтись?

– Разве человек способен стать овощем?
– поинтересовался безразличный голос.

«Показалось, - решил Потемкин.
– Никаких эмоций».

– Любое вмешательство в работу мозга человека может превратить его в ..., в некое подобие растения.

Тромб, выслушав объяснения Дмитрия некоторое время молчал.

– Как только операция закончится, мы сможем уничтожить любую информацию о твоем пребывании в институте. К тому же я уже утвердил твою фамилию в плане приемов на завтрашний день. Твоя фотография уже в компьютере охраны, а пропуск изготовят утром. Получишь его на входе, - продолжил боец.
– У них профилактическое окно на один час. Техник с утра получит задание произвести необходимые изменения в аппаратуре. Об этом я тоже позаботился. У тебя полчаса. Другой возможности не будет.

На секунду голос Тромба смолк. Молчал и Димка.

– Решать тебе - но учти, что у нас почти не осталось времени. Через несколько дней они определят твое местоположение, и тогда ты разделишь судьбу Вячеслава. Если и ты не дашь им ключей к дистанционному управлению моей системой, любая из служб решит, что ты - слишком неудобный свидетель. И к тому же, бесполезный. Что будет дальше - представляешь. Может, растение - не самый худший вариант?
– голос безжалостного виртуального убийцы зазвенел металлом.

– А ты не слишком драматизируешь ситуацию, - попытался возразить перепуганный Потемкин. Но замолчал, вспомнив, что сам думал о том же, когда затеял этот разговор.

– Не забывай, - вновь заговорил Тромб, - что нам противостоит не один человек. Если бы это было так, то ты бы мог отсидеться в подвале или уехать куда-нибудь. Это организация. Помимо твоих поисков она активно стремиться добраться до меня по официальным каналам. Думаю, что очень скоро они получат доступ в лабораторию Медведева, и тогда мне конец. Существует только один путь противостояния врагу - обманные маневры, - в голосе воина вновь зазвучали стальные ноты.
– Мы заставим их поверить в то, что они победили, и отдадим им «Синарион». Трофей победителя - самая вирусоопасная машина на планете. В тот момент, когда они начнут хозяйничать в «Медвежьей берлоге», меня там уже не будет.

Дмитрий понял, что Тромб ждет от него единственно возможного в данной ситуации вопроса. Он выдержал паузу и спросил:

– Где же ты будешь, умник?

– Если операция состоится, то завтра ты станешь не простым человеком. Ты станешь первым живым существом, обладающим беспроводным интерфейсом для связи с компьютером, - провозгласил Тромб.
– Затем тебе нужно будет попасть в лабораторию, где нахожусь я. Это не сложно - тебя там ждут. Найдешь профессора Медведева и скажешь, что можешь общаться со мной. Учитывая, что в настоящий момент ни у кого другого такой возможности нет, профессор будет рад встретиться с тобой. Когда ты будешь рядом, я смогу перебросить себя на твой естественный носитель. Все просто.

Слушая электронного стратега, Дмитрий с ужасом понял, что, несмотря на ужасные картинки, созданные воображением, он согласился.

«Вот так всегда!» - подумал он и, проклиная свою сговорчивость, простонал:

– Интересно, я когда-нибудь научусь говорить «нет»?

– Разве сложно из всех вариантов выбрать один - оптимальный?
– поинтересовался Тромб.

– Все было бы значительно проще, если бы естественным носителем не был мой мозг, - вздохнул Потемкин и решительно вскинул голову.
– Завтра, говоришь? Ну что ж, завтра так завтра. А сейчас - спать!

Проснулся Дмитрий от громкого звонка. Быстро вскочив на ноги, он выключил гарнитуру и подошел к подвальному окошку. Выглянул наружу. Холодный воздух лениво полз по улице. Стекая в подвальное окно и касаясь разгоряченного сном тела, он падал к полу и оседал где-то в темноте, под лежаком, разгоняя дремлющих крыс.

На улице только-только начинало светать.

Дмитрий потянулся, тоскливо поглядывая на деревянный настил. Вот ведь парадокс: отвратительно жесткий лежак сейчас казался ему мягкой периной. С утра, когда хочется спать, мало кто задумывается о мягкости матраса, цвете наволочки, шелковистости материала пододеяльника. Каждый готов уснуть даже под вонючей дерюгой и с жесткой деревяшкой под головой. Куда пропадает великосветская спесь, княжеские привычки, барские замашки? Правда, у него их никогда и не было. Дмитрий ни разу в жизни не видел шелковых простыней.

Тромб наверняка не стал бы будить его раньше времени ... пора собираться!

Небольшая разминка - мышцы не должны расслабляться. Живущий в напряжении организм всегда готов к любым испытаниям. Завтрака не получилось: четвероногие соседи оказались более проворными и позавтракали раньше него. Крысы съели даже пакет, в котором лежали последние бутерброды. Дьявольские существа - сверхъестественная живучесть и бесконечная приспособляемость.

Стараясь оставаться незамеченным, Дмитрий осторожно выбрался из подвала. Вздохнув полной грудью - так, что закружилась голова, он огляделся и, не заметив ничего подозрительного, двинулся к ближайшей станции метро.