— Да что я! — отмахнулся Антикрат. — Света белого не видим с тех пор, как приехали иноземцы. Целый день караулы, церемонии, шагистика — кошмар, одним словом. В город выходить нельзя, живем как на острове. Другое дело — ваша жизнь! Слухи даже сюда долетают, какие дела вы творите! Ты, кстати, Леонтиск, отчаянный храбрец, если явился сюда. Не знаешь, что ли, что эфор Анталкид издал указ о выдаче вас с Аркесилом римскому консулу?

— Слыхал, как же, — Леонтиск поморщился. — Но, видимо, Пирр решил, что я смогу принести пользу, только волтузя римлян и поэтому снова послал сюда. А Аркесил остался без ноги, ты знаешь?

— Как — без ноги?

Леонтиск открыл было рот, чтобы начать рассказ, но тут вмешался Энет. Что было само по себе событием весьма примечательным, потому что Энет редко открывал рот, если его об этом не просили.

— Э… друзья. Болтовня потом! Сперва — дело.

— Ты прав, клянусь Афиной, — опомнился афинянин.

— Прислал командир нас … — начал Энет.

— Узнать насчет лазутчика? Долго ж вы собирались, клянусь небом, — покачал головой Антикрат. — Я давно все выяснил через управляющих жилыми помещениями. Пронырливые они ребята, я вам скажу. Но жадные. Сообщите царевичу, что он задолжал мне сто драхм.

— Целую мину? — перебил, не выдержав, афинянин. — Ты свободно распоряжаешься такими суммами? Проклятье, неужели у воинов Священной Моры такое высокое жалованье? Если так, я немедленно начинаю усиленно тренироваться — тоже хочу в ваш отряд!

— Не трудись понапрасну, — фыркнул Антикрат. — Я просто задержал недельное жалованье провинившейся декаде. Надеюсь, ребятки не догадаются, что я уже потратил их денежки.

— К делу, — спокойно напомнил Энет. Он вообще никогда не выходил из себя.

— Да. Итак, этот карлик, его звали Гимел, прибыл в свите мантинейца Стесагора. Свита у него приличная — человек пятнадцать. Отдельные покои, дюжина сундуков багажа и жена.

— Жена? — Энет и Леонтиск переглянулись.

— Ну да, жена, — пожал плечами Антикрат. — Чего вы удивляетесь? Почти треть ахейцев явились с женами, и еще треть — с любовницами и гетерами.

— Понятно, что если Стесагор — Горгил, то «жена» — никакая не жена, — кивнул Леонтиск. — А как он выглядит, этот мантинеец?

— Здоровый, толстый дядька лет эдак пятидесяти с лишком. Волосы пегие, неряшливая бородища, красный нос заядлого выпивохи. На щеке — большая волосатая бородавка, на виске — вертикальный белый шрам. Одним словом, личность приметная, не ошибетесь, если увидите. Хотя навряд ли он тот душегуб, которого мы ищем.

— Почему?

— Для убийцы господин Стесагор больно активен… Регулярно посещает заседания переговорщиков, выступает на них. В свободное время много встречается с другими ахейцами, которые, судя по всему, его хорошо знают. Короче, все время находится на виду. Если учитывать, что он, как и всякий человек, должен когда-то спать, организовывать убийство ему просто некогда.

— Гм, звучит убедительно, — буркнул Леонтиск. — Но ведь замухрышка, как ты сказал, был его человеком…

— Точно. И, что весьма подозрительно, Стесагор не заявил, что у него пропал слуга. Разве такое поведение естественно для того, за кого он себя выдает? Кроме того, как я выяснил, наши пацанята, которые лазали по Персике, были схвачены охранниками Стесагора. Его покои, в отличие от большинства помещений ахейцев, тщательно охранялись.

— Клянусь богами, все ясно, — Леонтиск хлопнул себя по бедру. — Этот мантинеец — просто ширма, хотя, разумеется, он в курсе всего. Горгил наверняка скрывается под личиной одного из его слуг.

— Не факт, — помотал головой Энет. — Но, э… весьма.

— В любом случае круг подозреваемых резко сужается. Теперь нам нужно взять «под колпак» этого Стесагора, перетрясти всех его людей и найти убийцу. Хм, ручаюсь, и Лих, и Феникс будут настаивать, чтобы отловить этого «посла» и подвесить за яйца в укромном уголке.

— Невозможно, — посуровел лицом Антикрат. — Иноземцев охраняет Мора. Если… возникнет какой-нибудь скандал, стратег Деркеллид церемониться не будет…

— Хочешь сказать, что если стратег прикажет, ты встанешь против нас с оружием? — Леонтиск, сжав губы, посмотрел товарищу в глаза. — И… выполнишь приказ?

— Это мой долг, — выдавил Антикрат, опустив взгляд. — Не знаю… Что я могу сделать?

— Галиарт, например, в подобной ситуации бросил свой значок в рожу командира, — тихо проговорил афинянин.

Антикрат насупился и надолго замолчал. Леонтиску стало его жаль.

— Авоэ, друг Антикрат, надеюсь, до этого не дойдет, — он хлопнул товарища по плечу. — Но как бы судьба не заставила тебя сделать выбор… На всякий случай определись, с кем ты, дружок.

— Я поразмыслю над этим на досуге, — сухо кивнул Антикрат. — А теперь вам пора идти. Скоро появится мой лохаг. Вам лучше не попадаться ему на глаза.