— Было бы любопытно на это взглянуть, но наша задача — только взять этих субчиков и доставить их Горгилу.

— Я могла бы заняться этим. А Полиад пусть бы находился с тобой и создавал видимость…

— Ты воображаешь, что Полиад хуже тебя фехтует? — элименарх холодно поглядел на амазонку. — С каких это пор?

— В том-то и дело, что лучше, — повела плечом она. — И поэтому будет полагаться на свой меч. Местность за храмом Ортии, конечно, безлюдная, но это не значит, что никто не может заметить сражающихся. Я бы, возможно, сумела устроить дело без схватки. Ты прав в одном, что касается пылких взглядов — этот Пилон, или как там его, не поднимет на меня меч.

— Но афиненок Леонтиск поднимет. Как «спутник» Эврипонтида он имеет право всюду ходить вооруженным. Говорят, он довольно ловок с мечом.

— Ха, да я искрошу его в салат за минуту, клянусь…

— И все-таки я предпочитаю не рисковать тобой. Учитывая обстоятельства, я имею в виду, чем афинята собираются заняться с простолюдинками, быть может, действительно удастся обойтись без драки и скрутить их раньше, чем они успеют извлечь свои членики из девочек. Но если придется сражаться, я предпочту, чтобы с вооруженными мужами разбирался Полиад, а не ты.

— Так вот в чем дело! Ты обращаешься со мной, как с обыкновенной бабой, чье дело — заниматься хозяйством, рожать сыновей и не лезть в мужские заботы! — гневно воскликнула мечница. — А я не для этого ношу доспехи и спату!

— Умолкни, — резко оборвал ее стратег, потеряв терпение. — И запомни, повторять больше не буду: еще раз посмеешь мне прекословить, я не только сорву с тебя значок лохага, но вышвырну вон из отряда. Вот тогда ты и станешь обыкновенной бабой, чье дело — заниматься хозяйством, рожать и стирать обосранные пеленки!

Она сжала губы и побледнела, зная, что этот человек слов на ветер не бросает. Сдержанно вздохнула, затем опустила голову, демонстрируя раскаяние. Леотихид, скрестив руки на груди, крепко сжав челюсти, глядел на нее.

— Прости, я не хотел тебя обидеть, — вдруг сказал он, безмерно ее удивив. — Ты не дала мне договорить… На самом деле причина в том, что Полиад и его парни будут выдавать себя за римлян. Они уже со вчерашнего дня заучивают фразы на латыни… Ты у нас особа очень приметная, к тому же женщина не может быть преторианцем… Теперь понятно?

— Девки? — широко раскрыла глаза Арсиона.

— Умница, — кивнул он. — Именно девки. Как бы плохо мои солдаты ни говорили по-латыни, простушкам никогда не понять, что их одурачили. Сестрам дадут убежать, и они разнесут по всему городу, что их возлюбленных похитили римляне. А возлюбленных вскоре найдут мертвыми со следами жестокосердного насилия. Вот тебе повод для народных волнений. Что и требовалось получить.

— Гениально! — воскликнула она. — Но… А если девки узнают кого-нибудь из наших? Они все-таки спартанки, и город наш не так уж велик…

— Мы это предусмотрели, — отмахнулся элименарх. — Наши мальчики будут в закрытых шлемах и в римских панцирях. Слава богу, в кладовых завалялось несколько вполне приличных комплектов. Еще из папочкиных запасов…

— Говорят, государь Агид был человек предусмотрительный и хитроумный.

— Да, тот еще был старый интриган, — согласился Леотихид. — Но мы с братом постараемся ему не уступить.

— Ваш отец гордился бы вами, если бы мог знать о завтрашней операции, — ей хотелось загладить привкус чуть было не случившейся ссоры.

— Нас ждет успех, и в этом немалая твоя заслуга, — он провел тыльной стороной ладони по ее щеке. — Выглядишь усталой. Наверное, не ложилась еще с ночной стражи?

— Пришлось с утра караулить, пока афинянин отправится к девице, затем выкручиваться с ним, — Арсиона не скрыла от Леотихида, что едва не провалила задание, — потом бежать к тебе докладывать… Ну а последние четыре часа ты обо мне вообще не вспоминал, милый мой господин элименарх, занятый своими хитроумными планами.

— Авоэ, можешь быть свободна. Ты неплохо поработала, лохаг, так что, клянусь небесами, можешь рассчитывать на премию! — Леотихид, казалось, уже жалел о том, что был с ней чересчур резок.

— Моя премия — это твоя любовь, — просто сказала она. Затем, быстро взглянув на него, лукаво улыбнулась. — Но от серебра не откажусь!

Он понимающе усмехнулся и громко позвал:

— Леарх! Леарх!

За стеной приемной, где происходил разговор, раздался отчетливый шорох. Леотихид настороженно поглядел в ту сторону, но ничего подозрительного не заметил. Подняв бровь, перевел взгляд на мечницу, та пожала плечами.

— Леарх! Где его постоянно демоны носят, этого плюгавого писаря!