Теперь на стороне моих союзников было ощутимое преимущество. Тогда восточные братья вывели на поле боя свою колесницу. Один из них отбежал в сторону и, схватив ее двумя руками, покатил страшное оружие впереди себя.

Колесо, закрепленное сверху, пришло в движение и начало со страшным свистом рассекать воздух. Одновременно засверкали в лучах ночного светила клинки, торчащие в стороны из колес. Свист, скрежет и грохот слились в единую какофонию звуков. Прямо в спины западным братьям неслась колесница, и так вышло, что четверо попали под режущую кромку ее железного колеса и оказались распиленными по линии талии. Гигантское колесо теперь разбрызгивало кровь по всей долине, приводя в неистовый восторг повизгивающих под ногами маленьких грызунов.

Я выпустил несколько стрел из арбалета, целясь в ноги восточного брата, который управлял колесницей. Но добился только того, что он стал прихрамывать. Правда, это снизило скорость его движений, и западные братья мгновенно этим воспользовались. Колесница оказалась разломанной в куски.

Я выпустил еще несколько стрел, стараясь попасть в глаза восточных братьев, однако не попал в цель, а только разозлил их. Теперь они ринулись ко мне, стараясь затоптать. Бежать было бесполезно: один мой шаг был в пятьдесят раз меньше великанского. И я прыгнул в ближайший овраг, надеясь неизвестно на что.

В тот же миг я увидел, что все вокруг стремительно уносится вниз, а я лечу вверх. Сначала я решил, что меня схватил один из восточных братьев. Но нет: это я вырос, в один миг сравнявшись со всеми ними по росту.

По привычке, я нашел на земле свою тень и выхватил меч, который, как и прочее оружие, увеличился вместе со мной. Теперь трое западных братьев фехтовали с тремя восточными, а я взял на себя четвертого, в ногах которого торчали стрелы моего арбалета.

Вскоре обнаружилось, что мои учителя-тени научили меня множеству хитростей, о которых мой противник не имел никакого представления. Я несколько раз ранил его, а затем нанес смертельный удар в шею.

В этот миг сражение почему-то прекратилось. Оставшиеся в живых шесть братьев (по трое с каждой из воюющих сторон) повернулись ко мне и стали пристально вглядываться в мое лицо.

— В чем дело? — спросил я.

— Ты Уггрздир? — спросил один из западных братьев.

— Мое имя Алан, — ответил я.

— Нет, ты Уггрздир, — сказал один из восточных братьев. — Нас предупреждали, что придет Уггрздир, которого мы сначала примем за безобидное существо, и уничтожит нас.

— Это ошибка, — запротестовал я. — Я не Уггрздир.

Эхо подхватило мои слова и вернуло обратно только имя.

— Эхо говорит, что мы не ошибаемся, — сказал западный брат. — Мы не станем сражаться с тобой. Интересно, как ты убьешь нас.

Я вскинул арбалет, потом опустил его.

— Я не стану вас убивать. Я всего лишь исполняю задание Шестых Врат. Я должен был победить четырнадцать воинов в желтых одеждах. Если вы признаете меня победителем, я просто уйду.

— Мы признаем тебя победителем, Уггрздир, — сказали они хором.

— Тогда предлагаю сесть и поговорить, — сказал я, присаживаясь на землю.

Великаны сели полукругом напротив меня. Я осмотрелся. Равнина с высоты великанского роста казалась средних размеров поляной, ограниченной со всех сторон невысокими округлыми холмами. Сидеть на земле было удивительно мягко и удобно.

— Почему на этой равнине нет теней? — спросил я.

— В "Книге судьбы" было предсказано, что ты задашь этот вопрос, Уггрздир. Если бы здесь были тени, мы не могли бы оставаться такими, какие мы есть. Мы стали бы маленькими и жалкими существами, похожими на того малыша, которым ты притворился вначале.

— Но ведь у меня есть тень. И я остаюсь таким же, как вы.

— В этом твоя тайна, Уггрздир. Но в лучах дневного светила ты вряд ли сумеешь сохранить свой рост и свою тень одновременно. Или то, или другое ты потеряешь. Поэтому мы уходим в землю каждое утро. И только лучи ночного светила могут вызвать нас из мягкой глубины земли.

— Раньше кто-то из вас погибал в сражении? — спросил я.

— Да, такое случалось, пока мы не достигли одинакового совершенства в мастерстве ведения боя.

— Значит, раньше вас было больше, чем четырнадцать? — уточнил я.

Мои собеседники переглянулись, как мне показалось, недоуменно. Потом один из западных братьев встал и, подняв с земли две отрубленные головы, бросил их в разные могилы. Прошло всего несколько мгновений, и еще двое братьев шагнули оттуда на равнину, готовые сражаться или снова умереть. Но увидев, что бой закончен, они подошли и сели рядом с нами.

— Земля восстанавливает наши тела, — объяснил западный брат. — Было предсказано, что Уггрздир уничтожит всех нас, и ни одна частица наших тел не окажется снова в могиле. Было предсказано, что мы перестанем жить в мире после того, как к нам придешь ты. Поэтому мы сражались каждую ночь, готовясь встретить тебя во всеоружии.