И мне бы только посмеяться над этими слухами, но с того дня стали появляться безумные смельчаки, желающие найти встречи с лесной ведьмой. Были откровенные глупцы, решившие убить колдунью и заработать славу, были и те, кто просто желал поглазеть на страшную старуху, а были те, кто не верил и всеми силами желал доказать ложь. Все они бродили вокруг моей полянки, пытаясь обнаружить хоть какие-то следы, но ничего не находили - защита домика действовала безотказно. Для верности, я даже нарисовала на заборе и на мостике ещё парочку защитных рун, обнаруженных в книге, которых в доме было немерено.

Остановил поток безумцев только снег, в одну ночь укрывший землю плотным белоснежным одеялом...

Зима выдалась на удивление мягкой. И если бы я не знала, что рассердила богинь, решила бы, что они благоволят мне.

Всего с десяток дней стояла стужа, что я из дома носу не показывала. Снежку пришлось перевести на время в сенцы, а пеструшкам отдать дальнюю комнатку. Буян тоже предпочёл оставаться дома. Вечерами я сидела в большой комнате в кресле у печки, завернувшись в вязанное одеяло, и читала вслух. Соколёнок внимательно слушал меня и иногда громогласно комментировал, на что Снежка тут же отзывалась из своего “стойла”. А потом звери принимались “спорить” между собой, и мне приходилось останавливать их перепалку.

Скучать было некогда! И за это я была несказанно благодарна богиням и судьбе.

Только одно бередило мою душу - тоска о Чеславе приутихла в осенних заботах, но вернулась длинными морозными вечерами. Я вспоминала сильные, нежные руки княжича, что обнимали меня, его ласковые слова, что оказались ложью. Вспоминала и высказывание Фоты: “на одной любви семью не построишь!”. А что, если она была права? Может быть, и не нужно было дожидаться от Чеслава любви?! Он был нежен и заботлив, разве этого было мне мало?! А любовь... она бы обязательно пришла, чуть позже.

Но эти мысли я быстро отметала - Чеслав обманывал меня, использовал только ради власти! А после я плакала, ругая себя за глупость и неосмотрительность. Если бы не наивность, я бы уже стала ворожеей, путешествовала, помогала людям. Но в прошлое вернуться нельзя и мне оставалось только принять моё настоящее.

А потом морозы отступили.

Разведя зверей по их постоянным пристанищам и отпустив Буяна полетать, я принялась убирать дом от следов пребывания постояльцев. И когда моя уборка подходила к концу, издалека донёсся тревожный вопль соколёнка. Бросив тряпку, со всех ног кинулась на улицу, забыв даже одеться. Буян спикировал на согнутую в локте руку и отчаянно заголосил.

– Ты что-то себе повредил?
– принялась его ощупывать, но птиц не давал себя коснуться, взлетал и гневно пищал, словно зазывая за собой.

Поспешно влезла в сапоги и накинула плащ и платок, поторопилась на своим подопечным. Буян летел вперёд и иногда останавливался, садясь на ветку и оглядываясь на меня, убеждаясь, что я не отстаю. А я бежала по сугробам, проваливаясь в снег, и гадала, что же такое увидел мой сокол?!

Наконец Буян остановился, присел на ветку, распахнул крылья и завопил. В ответ я услышала глухое рычание. А за ним...

– Тише, мальчик, тише, это всего лишь птица... сокол кажется.

Обойдя старое широкое дерево, я увидела внезапную картину: прямо на снегу сидел молодой мужчина, привалившись спиной к стволу, а у его ног лежал пёс... хотя нет, небольшой молодой волк. Завидев меня, волчок поднял голову и оскалился, обнажая острые зубы.

– Кто там?!
– встрепенулся парень.

Раздалось бряцание цепей. Но ответить я не успела, мой взгляд зацепился за ногу незнакомца. И теперь я понимала, почему он сидит здесь на снегу. Правая ступня была обхвачена капканом, а снег вокруг неё окрасился кровавым цветом.

Но почему не понимается на лапы волк?!

Сделала шаг к животному, тот в ответ снова оскалил зубы, однако кинуться или убежать даже не попытался.

– Кто здесь?!
– снова вскрикнул парень, пытаясь нашарить палку, лежащую недалеко от него.

Удивлённо оглядела молодого мужчину. Мой взгляд столкнулся с глазами, тронутыми белёсой пеленой. От осознания я даже попятилась, чуть не упав в сугроб.

– Ты кто такой и как здесь оказался?!
– прошептала.

Получилось глухо и хрипло.

Парень дёрнулся и повернул в мою сторону лицо, словно мог меня разглядеть.

– Ваша милость... ой, в смысле... ваше лесное благородие...
– пробормотал он. Откашлялся и уже уверенным голосом продолжил.
– Не гневись, бабушка, что побеспокоил. Не за себя пришёл просить, а за друга моего!

Обернулась по сторонам в поисках “друга”, и только после сообразила, что он про волка. Хороший такой друг!

“А у тебя в друзьях лошадь и сокол!” - напомнила самой себе.

– И что с твоим другом?
– поинтересовалась строго, напустив в голос хрипотцы, чтобы походить на старую лесную ведьму.