Если бы еще пару недель назад кто-то сказал Моране, что она проведет ночь в пентхаусе кровного сына Клана, она бы треснула этого человека по голове. Но, с другой стороны, если бы ей сказали, что она проникнет в дом Марони, она бы тоже в это не поверила. Как не поверила бы и в то противоречивое обстоятельство, что он будет спасать ей жизнь, при этом заявляя о своем исключительном праве на ее смерть.

Невероятно.

Морана в оцепенении шагала к лифту, не в силах поверить, по-настоящему поверить, что проведет ночь вдали от дома, в квартире Тристана Кейна. Такого с ней попросту не случалось. Но вот она шла уверенным шагом, который никак не выдавал ее внутреннего смятения, хотя разум был встревожен из-за идущего рядом с ней мужчины. Правда, она никак не могла понять, как такой крупный мужчина мог двигаться с подобной грацией. Но она видела, как он с такой же грацией взбирался по стене ее дома. Видела, как грациозно лавировал на мотоцикле и сражался с мужчинами, которые были крупнее него. И ее раздражало, что она могла оценить это по достоинству.

Морана бросила взгляд на свою испорченную машину, стоявшую неподалеку, и сердце снова ёкнуло у нее в груди, а по телу вслед за болью пронеслись жгучая злость и острое желание отомстить тому, кто посмел на нее покуситься. Кто бы это ни был, он ответит. По полной программе.

Краем глаза она заметила, как Тристан Кейн поднял руку и набрал код на панели возле второго лифта, и поняла, что лифт был частным.

Он мельком взглянул на нее, и Морана глянула в ответ, даже не догадываясь, о чем он думал. Насколько неохотно он впускал ее в свое пространство? Она бы точно делала это с большой неохотой. Но, с другой стороны, однажды ночью он ворвался в ее спальню, так что все по-честному.

Лифт издал сигнал, и стальные двери разъехались в стороны, открывая перед собой просторное помещение, где наверняка уместилось бы с десяток человек. Тристан Кейн, как истинный джентльмен, вошел первым и оглянулся на нее без малейшего намека на благородство.

Преисполненная любопытства, но все же настороженная, Морана сделала глубокий вдох и вошла вслед за ним. Как только она ступила в кабину, он нажал на единственную кнопку на панели, ввел очередную кодовую комбинацию, и двери закрылись.

Едва они сомкнулись, Морана сжала руки в кулаки, чтобы сдержаться.

Двери были зеркальными.

Они встретились взглядами в отражении, и ее сердце по какой-то безумной причине забилось быстрее, а лифт начал ползти вверх.

Кейн стоял в углу, прислонившись к стене и скрестив ноги в щиколотках и руки на груди. Его глаза наблюдали за ней будто бы с любопытством, не источая привычные волны ненависти. Морана приподняла брови, но даже не шелохнулась. В ушах стучала кровь, все тело гудело.

Ей нужно отвлечься. Как бы ей ни претило это признавать, но замкнутое пространство, отражения и его взгляд не оставляли ее равнодушной.

– Кто эти люди? – спросила она ровным, не выдающим никаких эмоций тоном.

Тристан Кейн помолчал с мгновение.

– Не знаю. Кажется, кто-то хочет вашей смерти, мисс Виталио.

– Ты имеешь в виду, кто-то, кроме тебя? – усмехнулась Морана, закатив глаза.

Он склонил голову набок, внимательно на нее глядя.

– Ты не боишься смерти?

Морана почувствовала, как губы дрогнули в улыбке, но глаза оставались серьезными.

– Учишься не бояться ее, когда она каждый день прокрадывается под крышу твоего дома.

Они встретились взглядами на один напряженный миг, и сердце Мораны забилось чаще, пока он внимательно изучал ее глазами.

– И правда, – тихо ответил он.

К счастью, в этот момент двери открылись, и Тристан Кейн вышел.

Едва он ступил из кабины и оказался спиной к ней, Морана сделала вдох и осознала, что все это время задерживала дыхание. Она покачала головой, не понимая, почему ее предавало собственное тело, и ненавидя его за такую реакцию. Хотя какая-то ее часть, что пребывала в бесчувственном состоянии, сколько Морана себя помнила, наконец ожила. Ей нужно было понять это, понять, как это контролировать. Потому что она оказалась в неизведанных водах и не знала, что скрывалось за ними. Ей хватало честности признать, что отчасти это безумно ее пугало.

Сглотнув и наблюдая, как напрягаются мышцы его спины при ходьбе, Морана вышла из лифта. Он выходил прямо в пентхаус, и от представшего перед ее глазами зрелища она с трудом сдержала вздох изумления.

Дальняя стена огромного пространства была сплошь из стекла. Бесконечная стеклянная стена.

За ней открывался потрясающий вид: Морана видела тучи в небе, очертания города с одной стороны и море – с другой. Она еще никогда в жизни не видела ничего столь яркого, живого и прекрасного. Она рассматривала всю стеклянную стену голодным взглядом, но не подошла ближе, чувствуя, как он следит за каждым ее движением.

Расправив плечи, Морана оторвала взгляд от ошеломляющего вида и повернулась к комнате.

Интерьер огромного и просторного помещения выглядел на удивление уютным. Она сама не знала, что ожидала увидеть, но точно не большую гостиную с двумя зонами отдыха, декорированную в серых и голубых тонах с добавлением стали и хрома. В дальнем конце комнаты тянулся длинный электрический камин. Над ним висела огромная картина в стиле абстракционизма, выполненная в оттенках пламени. Красные и желтые цвета чувственно сливались вместе, служа единственным ярким пятном в пространстве.