Он надеялся, что она снова будет счастлива.

Но семнадцать дней безо всякой весточки – это долго, и, хотя Тристан не допускал даже мысли о том, что с ней случилось что-то плохое, он знал: так думали его родители.

А потом его отец упомянул о девочке, которую нашли.

О единственной девочке, которая вернулась домой.

Поэтому Тристан и прокрался сюда тайком.

Он пришел, чтобы увидеть эту девочку. Пришел увидеть единственную, кто вернулся, тогда как Луна так и не нашлась. Он просто хотел увидеть ее, возможно, узнать что-то о судьбе своей сестры. Он хотел узнать, была ли она вместе с ней, видела ли Луну.

Спрятавшись за колонной, Тристан обводил взглядом зал, наблюдал за людьми. В общей сложности собралось десять человек, включая охранников и одну женщину.

Отец всегда велел ему запоминать лица. В их деле лица, как учил отец маленького Тристана, таили секреты. А секреты – оружие, которым однажды можно будет воспользоваться.

Мама всегда учила его читать по глазам. Глаза, твердила она, это зеркало души. Вот как Тристан узнал, что у его младшей сестренки была самая чистая душа из всех, кого он встречал. Вот как он понимал, что душа его отца становилась все чернее с каждым днем, когда Луну не находили. Вот как он осознавал, что душа его матери погибала под натиском боли.

Тристан не торопился и внимательно рассматривал лица и глаза собравшихся за столом людей, не обращая внимания на охрану, расставленную по круглому помещению. Его взгляд устремился прямо к отцу.

Дэвид Кейн, высокий, подтянутый мужчина, стоял возле кресла босса, сложив за спиной руки, которые, как было известно Тристану, дрожали. Они дрожали уже довольно давно, но в последние несколько дней стало только хуже. Не позволяя себе беспокоиться из-за этой мысли, он посмотрел на босса.

Босс (на самом деле его звали Лоренцо Марони, но отец Тристана называл его боссом) сидел во главе стола с одной стороны. Он был одет в черный костюм, как и все члены семьи, с коротко подстриженными волосами, бородой и темными глазами.

Тристан помнил, как впервые повстречался с этим человеком. Он сидел в саду, пока его мать устраивала очередной ужин, когда вдруг вошел босс. В то время мальчик не знал, кто он такой. Он просто посмотрел на этого высокого крупного мужчину, в его темные глаза и суровое лицо и сразу же ощутил к нему неприязнь.

Босс выдержал его взгляд.

– Я ем людей за то, что они так на меня смотрят, мальчик.

Тристан ничего не сказал, а только испытал к нему еще большую неприязнь.

Мужчина улыбнулся ему неприятной улыбкой.

– Ты не такой, как другие мальчики, правда?

– Нет, не такой, – ответил Тристан, прищурившись.

Мужчина внимательно на него посмотрел и ушел, а Тристан побежал обратно на скамейку и с тех пор больше никогда не встречался с боссом. Он никогда не понимал, почему его отец работал на человека с темными глазами и жестоким лицом.

Теперь Тристан внимательно рассматривал этого мужчину, курившего сигару, на столе перед которым лежал пистолет, поблескивая металлом в ярком свете комнаты. Еще несколько человек тоже держали оружие наготове. Тристана это не беспокоило. Его никогда не беспокоило оружие. Отец научил его держать пистолет, и Тристану нравилось оружие, хотя он ни разу из него не стрелял. Ему нравилось чувствовать его в руках. Однажды он попросит отца научить его правильно стрелять, и у него будет целая коллекция пистолетов.

Однажды. После того, как Луна благополучно вернется домой.

Тристан перешел от знакомых людей из семьи, которых видел только мельком, когда бывал с отцом, но чьих имен не знал, и вытянул шею, чтобы взглянуть на дальний край стола. Туда, где сидели люди не из их города.

Он внимательно их рассмотрел. Во главе стола сидел крупный мужчина, крупнее босса, но не крупнее его отца. Он был в темном костюме, как и все остальные, и с короткой бородой. Тристан рассматривал его лицо долгое мгновение, запоминая его, а потом посмотрел в глаза. Внутри возникло какое-то тяжелое чувство.

Ему не понравился этот человек. Совсем не понравился.

У него были правильные черты лица и темные глаза, но таилось в них что-то, что напугало бы любого другого мальчика его возраста. А у Тристана вызвало лишь еще большую неприязнь.

Однако в следующее мгновение вовсе не этот мужчина завладел его вниманием.

А женщина в красивом синем платье, которая сидела рядом с ним с ребенком на руках.

Тристан почувствовал, как из его груди вырвался вздох.

Девочка была такой маленькой.

Намного меньше Луны. Одета в розовое платьице и с редкими вьющимися волосами темного цвета, но Тристан видел только ее спину, пока женщина держала ее на руках.

Она была с Луной? Была с его сестрой, видела ее, плакала вместе с ней? Как ее нашли? Почему только ее и больше ни одну другую девочку?

Вопросы не выходили у него из головы, пока он наблюдал за этим крохотным комочком, позабыв обо всем остальном. Она ерзала, как маленький любопытный червячок, пытаясь вырваться из рук женщины, которая, как предположил Тристан, являлась ее матерью. Он помнил, как Луна делала точно так же, помнил, какие звуки вырывались из ее груди от досады, и счастливый смех, который она издавала, когда ее отпускали.