Весь тот день парни тоже спали, а Володя и Коля возились в конюшне.

– Хочешь крови попробовать? – спросил Коля.

– Да как-то не очень, - ответил Володя.

— Значит, хочешь.

Коля взял длинную иглу из кастрюли на печке, ввел ее в шею одной из лошадей и подставил граненый стакан. Кровь полилась тонкой струйкой.

– Они даже не чувствуют ничего, - Коля зализал языком ранку на шее лошади. – На, попробуй. Если ты Банхар, тебе должно понравиться.

Володя принюхался.

– Прости, я пас.

Коля выпил кровь залпом, с наслаждением.

— Это особые лошади, - Коля похлопал по шее коренастого мерина. – Они дикие, и поэтому видят волчьи тропы, могут по ним ходить. Собаки обучены как поводыри, они тоже савдачники. Одну собаку хватает на один поход. Потом она издыхает. Обычно мы ходим в Забайкальск, на вагоны из Китая. Это наша дополнительная обязанность. Так Барнак и разбогател. «Золотой дракон» — такая настойка для потенции. Чиновники ее шибко уважают, особенно старые. У Барнака она как валюта, ну или как золотой ключик от всех дверей, типа того.

– А сами вы не можете ходить, без собак и лошадей? – спросил Володя.

– Раньше ходили, но савдаки без оболочки совсем тупыми становятся, корову могут подрать по пути, или человека. Вопросов много будет. Поэтому ходим так. Три похода и нужна новая оболочка. Видел этих доходяг на стоянке? Отработанные оболочки. Тут их столько было, из стариков только мы с Батухой остались. Я, потому что приручил своего, а в Батухе особый савдак был, черный, который ненавистью питаться умеет. Этот савдак силой делиться может, у него ее вагон. Видел бы ты как мы кончали его сегодня ночью? Батуху я имею ввиду. Савдака заодно хотели грохнуть. Не вышло, ушел.

Дора вышла из спальни ближе к полуночи. В костюме шамана Володя не сразу ее узнал. На ней был черный балахон, шлем с рогами, в руках она держала бубен.

Во дворе парни разожгли огромный костер и выстроились вокруг него в полной готовности. Дора начала обряд. Она долго била в бубен и плясала вокруг костра, затем оцепенела и заголосила нечеловеческим голосом в небо. Парни тут же завыли в такт ей.

Дора плясала вокруг костра и голосила, а парни выли до тех пор, пока в небе не вспыхнула крохотная звезда красного цвета. Володе показалось что это даже не звезда, а чей-то глаз, налитый огнем.

– Все, пора, - Дора без сил опустилась на землю.

Парни бросились к коновязи, у которой их уже ждали оседланные лошади. Володе достался мерин, из которого Коля цедил кровь. Чапа с воем бросилась в ночную степь, всадники помчались за ней, так быстро, что реальность этого мира почти сразу смешалась с другой реальностью, где был лишь холод, и покрытые льдом камни.

***

Часов пять, может чуть больше отряд всадников мчался в тумане, вслед за Чапой. Володя то и дело оглядывался по сторонам, но не видел ничего, одну лишь мглу, густую как та дымка, которую он поднял в Алмазном ущелье. Вот только мгла эта была неосязаемой.

Внезапно где-то впереди раздался крик. Всадник, что мчался первым в колонне, слетел с седла и растворился во мгле. Затем также внезапно исчез парень, замыкавший колонну.

– Ходу! – прорычал Коля, и лошади помчались еще быстрее.

Однако нечто было куда быстрее лошадей, и атаковало на выбор, очевидно, все ближе и ближе подбираясь к Коле и Володе в центре колонны. Коля вынул из голенища сапога нож, когда нечто утащило всадника, шедшего перед ним, и приготовился обороняться. Но мгла внезапно расступилась и отряд, изрядно поредевший, оказался в степной долине.

– Что это было? – спросил Володя.

– Кто бы знал? – лицо Коли побелело. – Не успел разглядеть. Но такое впервые с нами. Не нравится мне это.

Вскоре показалась чабанская стоянка. Из дома вышел сухощавый, пожилой бурят и начал обнимать парней так, будто это его лучшие друзья.

– Коля, хитрый ты гунн, - пропел степняк и раскинул руки для объятий. – Наконец-то и ты ко мне приехал.

– Херня какая-то появилась на тропе, - перебил Коля. – Можешь позвонить Барнаку? Разобраться бы надо. Я пятерых сейчас потерял.

– Ой, - простонал степняк. – Плохо, плохо. Как вы обратно то добираться будете? А позвонить не могу. Телефон сломался.

– Цыбен, вот хрен поверю, что ты и без связи, - начал злиться Коля. – Звони давай.

– Не могу, - Цыбен изобразил скорбь на лице. – Сейчас не могу. Но сегодня вечером приедет один китаец, он обещал посмотреть. Он сделает, я знаю. Телефон-то китайский. Давайте чай пить. Устали поди с дороги?

Цыбен угощал всадников чаем с молоком, старыми лепешками и прогорклым маслом.