Стыдно признаваться, но тогда, находясь на коленях Кейна, я меньше всего думала о людях, отобранных для переселения на другую планету.

Я смотрела в прищуренные глаза Кейна и наслаждалась его обжигающими взглядами. Близость его тела настолько меня опьяняла, что, забыв обо всех правилах приличия, я думала только о том, как унять внезапно возникший зуд между ног… ужасное чувство, между прочим. Зуд постепенно перерастал в боль, заставляя меня елозить на его твёрдом, ставшим вдруг необычайно горячем теле, в поисках…

Когда мужская рука, задрав длинную юбку платья, проникнула под подол и оказалась ТАМ, я зашипела от наслаждения. Забыв всякий стыд, я принялась вертеть бедрами, чтобы сильнее вдавить руку Кейна в своё тело…

По- мужски довольно рассмеявшись, Кейн пообещал:

— Скоро, милая… Скоро мы насладимся друг другом.

И принялся атаковать мой рот.

Мы целовались до самого прибытия на корабль: лишь, когда датчики, пискнув, сообщили что-то на языке инопланетян, Кейн, с неохотой оторвавшись о от меня, принялся поправлять нашу одежду.

А через пару минут мы прибыли на место казни.

На самом деле, я не испытала большого шока от того, как это происходило. Может быть, слишком долго фантасты готовили нас к чему — то подобному: может, всему виной моё тогдашнее состояние — я плыла как в тумане, ни на что не обращая внимание, ничему не удивляясь.

Стоило нам только выйти из небольшого челнока в отсек космического корабля, как нас сразу же со всех сторон обступили люди (конечно же, нелюди} в черных костюмах с оружием наизготовке: телохранители Кейна.

Разумеется, они отличались одеждой и тем, что больше уже не скрывали своё иноземное происхождение — но, так или иначе, всё это уже было во время моего знакомства с отцом Кейна, а потому я просто шла рядом со своим мужчиной, ни чувствуя никакого страха или дискомфорта.

Немного обернувшись — и, таким образом, поймав мой взгляд, Кейн весело мне подмигнул, прошептав, что гордится своей девочкой. Я улыбнулась в ответ, следуя за ним по коридорам корабля, которые я уже начинала немного узнавать. Дорога вела…

В зал для случек.

Именно там пришельцы устраивали сегодня показательную казнь для тех. кто посмел ослушаться приказа Наследника.

Мне было нелегко войти в то помещение…

По правде сказать, я боялась, что воспоминания окажутся ещё слишком сильными — и я не смогу через всё это пройти. Однако мои чувства, мои воспоминания были как — будто припорошены собственной правотой и законной яростью.

Я знала, что имею моральное право присутствовать на казни тех, кто издевался над землянами — а потому хватило лишь доли секунды, чтобы подавить слабый внутренний протест…

В зале оказалось многолюдно. В центре, где ещё несколько дней назад жались друг к другу обнажённые девушки, теперь на коленях стояли сразу около двадцати пришельцев. Среди них я узнала и «начальника лагеря».

После нашего прибытия в зале наступила мёртвая тишина.

Скривив губы. Кейн рыкнул что-то на весь зал. впрочем, тут же перейдя на английский.

— Оскорбление, нанесённое правящему роду, должно быть смыто кровью, — оповестил о своём решении Кейн. — Приступайте.

«Начальник лагеря», стоявший на коленях, принялся что-то жалобно причитать. но никто не обратил на него внимания

— Он просит пощадить его дочь, — прошептал неподалёку от меня знакомый голос.

Обернувшись, я увидела за своей спиной Джессику. — Его дочь будет отдана выходцу из нижних родов, тому, кто успел проявить себя в сражениях на благо империи.

Вспомнив, как легко эта женщина убивала наших военных, я вздрогнула… но мачеха Кейна(если она на самом деле была его мачехой) мягко улыбнувшись. пояснила:

— Я буду помогать тебе на первых порах, — сказала она. — Наследник определил меня в твой двор.

Воспринимая всё как… сумеречную зону, а не настоящую реальность. я просто кивнула, поинтересовавшись насчёт Агаты.

— Она тоже здесь? Тоже теперь мой двор?

— Разумеется, она здесь, — ответила после заминки Джессика. — Но она не может быть частью твоего двора.

Отведя взгляд — словно смутившись — Джессика пояснила:

— Её статус пока не изменён, поэтому она имеет право занимать своё положение.

Джессика аккуратно указала на толпу военных, окружавших одетую в синее платье Агату. Высокомерно подняв бровь, молодая блондинка с нескрываемым призрением наблюдала за мной.