Прежде всего он обратил внимание на катер – каплевидный, с заострённым носом, в его безупречно гармоничном силуэте было что-то хищное, что-то тревожащее. Катер был ярко-красный, с широкой чёрной полосой на боку, из которой как бы вырывались нарисованные языки пламени.

«Чёрное пламя!» – пробормотал Борька.

«Это что-нибудь значит?» – спросил Димка. Борька помолчал и мрачно ответил:

«Да. Я знаю эту расу. Найя называют их Кхемо. Они очень опасны. Будь их планета не такой нищей – они бы захватили много разумных миров. А чёрное пламя – это знак наёмников-Кхемо. Они выполняют… самые разные поручения. Убить, похитить, ограбить… Если тебе нужно выполнить грязную работу чужими руками – найми Кхемо. Они всё сделают».

«Вот как… – протянул Димка. – А здесь-то им что нужно? Отдохнуть прилетели? Позагорать?»

«Это вряд ли, – спокойно ответил Борька. – Кхемо, когда при деньгах, предпочитают совсем другие развлечения. Поближе к цивилизации. А здесь… Наверняка их наняли, чтобы расправиться с каким-нибудь бедолагой, которого, как и тебя, нельзя убить напрямую. Табу – они, знаешь ли, и в космосе табу».

Димка только пожал плечами и продолжил наблюдать за катером. Несколько секунд спустя овальное отверстие в боку открылось, и на поляну вышли существа в облегающих чёрных костюмах , напоминающих костюмы ниндзя, и высоких то ли сапогах, то ли ботинках с застёжками, которые поблёскивали, словно лакированные. Шлемов у них не было, видимо, местный воздух был пригоден и для них.

Кхемо вряд ли могли служить эталоном красоты – ростом немного повыше полутора метров, но очень широкоплечие, с какой-то бочкообразной грудью и абсолютно лысой головой без всяких признаков ушей, они казались сляпанными наспех неумелым скульптором.

«У них на планете высокая гравитация, – пояснил Борька. – Поэтому у них такое телосложение. Но Кхемо очень сильные».

«Понял, – отозвался Димка. – Ну и личики у них…»

Личики и впрямь были примечательными. Круглые, со щелевидными чёрными глазами без белка, носом, напоминавшим клапан и узкой прорезью на месте рта. Казалось, что творец этой расы, создавая, просто ковырнул несколько раз ножом в нужных местах и приляпал на место носа безобразный комок плоти. Не внушал доверия и цвет кожи – мертвенно-бледный, с явным зеленоватым оттенком.

«Ну и уроды!» – подумал Димка.

«Согласен с тобой, – отозвался Борька, – у Найя близкие к человеческим понятия о красоте. А, вон, гляди, они тащат кого-то!»

Димка пригляделся и увидел, как ещё двое Кхемо вытащили из катера отчаянно извивающегося пленника, на голову которого был накинут плотный матерчатый мешок. Однако телосложение пленника сильно отличалось от внешнего вида Кхемо – он был выше и стройнее, практически ничем не отличаясь от представителя человеческой расы. Неужели?

«Думаешь, это землянин, как и ты? – поинтересовался Борька. – Это вряд ли. Я знаю несколько рас с похожей анатомией. Гормы, Найя, Ирисы… хотя нет, к Ирисам подобраться сложно даже Кхемо… У Кшанти четыре руки, а у этого парня две…Не знаю… Но всё-таки вряд ли это человек».

Пока Борька размышлял, двое, тащившие пленника, подволокли его к самому высокому из Кхемо и бросили перед ним на колени. Пленник попытался вскочить, но его конвоиры двумя ударами в живот охладили его пыл. Пленник замер, не делая больше попыток встать. А высокий – видимо, главарь этой шайки – стал издавать противные булькающие звуки, которые, видимо, у Кхемо сходили за речь.

«Борь, можешь перевести, что он там вещает?» – спросил Димка.

«Легко, – согласился Борька. – Слушай».

И тут же бульканье усилилось и превратилось в членораздельную речь.

– Ничего личного, – вещал главарь, – так что не сопротивляйся. Я не знаю, кому из ваших Кланов ты перешёл дорогу, но нас наняли за хорошие деньги, чтобы тебя ликвидировать. Так что смирись.

Пленник стал отвечать, и хоть его язык был непохож на язык Кхемо, те его понимали. А Борька перевёл и его ответ.

– Вы меня убьёте? – зло спросил пленник. – Так давайте, чего медлите!

– Ну, да, – пробулькал Кхемо. – И чтобы на нас пало предсмертное проклятье Горма? Тебя охраняет сила твоего Клана, и те, кто напрямую тебя убьют, будут прокляты и умрут в страшных муках. Поэтому, мы тебя не тронем.

«Всё чудесатее и чудесатее, – подумал Димка. – Похоже, не только мои похитители такие умные, что додумались до непрямого убийства. Они что, просто его здесь бросят?»

«Да нет, – отозвался Борька, – они, похоже, не так наивны, как Найя. И на свободе пленника не оставят. Смотри».

И в самом деле, двое Кхемо, выполняющих роль конвоиров, со всем старанием прикрутили парня к обломку ствола старого дерева, торчащего посреди поляны. Тот извивался и поливал своих похитителей такой бранью, что имей Кхемо хоть половину описанных сексуальных привычек, они были бы матёрыми извращенцами, от которых в ужасе шарахалось любое мало-мальски вменяемое существо.

Но Кхемо в силу своей нехорошей профессии явно привыкли к подобным оскорблениям. Поэтому они совершенно спокойно прикрутили пленника к дереву, так что он и пальцем шевельнуть не мог. После этого, повинуясь жесту главного, они просто ушли в катер, а пленник заявил: