Что будет «тогда», Димка пока представлял себе слабо. Но он твёрдо знал одно – мама и бабушка его дождутся. Не могут не дождаться. А значит, нужно было решать проблемы по мере их поступления.

Нужно найти пищу, потому как на сухариках долго не протянешь. А поскольку гадские инопланетяне что-то говорили о хищниках – следовало найти более или менее серьёзное убежище на ночь, чтобы не стать ни для кого из них сытным обедом. А потом… потом нужно было изучить, что за планета ему досталась, и как-то обустроить свою жизнь, чтобы выжить. Именно выжить. Чтобы потом – вернуться. А значит, прежде всего нужно соблюдать осторожность. Кто знает, какие тут хищники… И на каком этапе эволюции эта планета находится. Судя по папоротникам… Хотя, зачем сравнивать с Землёй – здесь эволюция могла идти совсем по-другому.

Выстроив для себя программу-минимум, Димка потопал к ближайшим «папоротникам», покрытым разноцветными плодами. Пахли они, кстати, довольно аппетитно, и не плодами скорее, а сдобными плюшками с корицей.

Димка почесал в затылке. Помирать от банального отравления не хотелось, даже то, что многие плоды были явно понадкусаны местными мелкими зверюшками, не значило, что для него они безвредны. Но делать было нечего, и Димка протянул руку к ближайшему плоду – сочному даже на вид, с пурпурно-жёлтой корочкой.

И тут же руку пронзило не просто покалывание – боль.

«Ого! – дошло до Димки. – Так эта штука для меня ядовита?»

В ответ пришло мягкое согласие. Димка протянул руку к плоду с другого «папоротника», красно-коричневому, похожему формой на лимон, только с небольшой арбуз размером. На этот раз боли не было, вновь возникло ощущение согласия.

– Да ты, оказывается, полезная штука! – вслух заявил Димка. – Ну-ка, давай дальше!

Звук собственного голоса придал ему уверенности в себе в этом странно тихом лесу, где пока ещё не было слышно птиц и видно насекомых. А браслет ответил странным мысленным ощущением вроде поглаживания. И от этого Димка уверился, что хоть один союзник у него точно есть.

Пятнадцать минут спустя, набрав полные руки самых разнообразных плодов, Димка устроился в тени папоротника и принялся за дегустацию добычи. Плоды оказались вкусными – некоторые сладко-сахаристыми, другие по вкусу напоминали остывшую жареную картошку, третьи – водянистыми, с еле уловимой кислинкой, но жажду они утоляли идеально. Так что, слопав чуть больше половины, Димка ощутил себя сытым и почувствовал, как прибыло сил.

Местные солнышки тем временем явно опустились к горизонту, стало прохладнее, тени от «папоротников» удлинились, и Димка решил подумать о ночлеге и поискать место для него.

Пройдя где-то с полкилометра, он обнаружил красноватый скальный массив, на котором виднелись редкие трещины и расселины. Заглянув в них по очереди, Димка наконец нашёл что-то подходящее для себя – небольшую пещерку, размером где-то два квадратных метра. Решив, что это то, что нужно, Димка вновь вернулся к папоротникам и наломал мохнатых, довольно приятно пахнувших ветвей. Ломались они плохо, но Димка нашёл выход – сначала он делал разрез ножом, а потом резко дёргал ветку, от чего она ломалась.

Наломав целую охапку, он вернулся к пещере и соорудил подстилку, справедливо рассудив, что если он не хочет превратиться в Рыцаря без наследства, спать на холодном камне явно не стоило. Браслет на это не реагировал никак, явно одобряя действия парнишки.

Потом Димка набрал сухих отмерших веток, в изобилии валявшихся под «папоротниками», постаравшись обеспечить себя топливом надолго, оставшиеся плоды он тоже перетащил в пещеру.

А потом – поскольку сумерки всё сгущались, торопливо сложил костёр у входа в пещерку.

И тут наступила темнота. Лес наполнился странными, раздражающими звуками – шипеньем, хлопаньем крыльев, щёлканьем и далёкими судорожными завываниями. Звучало всё это страшновато, и Димка, отыскав спички, сумел разжечь костёр, потратив всего две. Сухие ветки разгорелись довольно охотно, но горели медленно, давая достаточно тепла и немного света.

Звуки, наполнившие лес с наступлением темноты, как-то отдалились, и Димка подумал, что здешним обитателям, как и земным зверям, огонь не был по вкусу.

Поэтому он спокойно достал один из плодов, насадил его на прутик и начал поджаривать над костром, всматриваясь в абсолютно незнакомое небо.

Потом он вновь вспомнил об браслете и вздохнул, сказав вслух:

– Эх, жалко, что с тобой и поговорить нельзя…

Ощущение поглаживания вернулось, и в Димкиной голове прозвучал вполне себе членораздельный ответ:

«Почему нельзя? Теперь – можно».

Комментарий к Глава 8. Робинзон. Часть первая Швейцарский армейский нож

https://img.alicdn.com/bao/uploaded/i4/TB1.l0XKFXXXXXIXVXXXXXXXXXX_!!0-item_pic.jpg