Так что единственное, что меня беспокоит – это лишь бы моя дочь успела появиться на свет… и лишь бы я успела позаботиться о ней… до того, как меня найдут Ристагоны.

Изображение расплылось, и голос Торинай Лионай замолк.

– Вот и всё… – прошептал Димка. – Прощай, бабушка.

====== Эпилог. Пять лет спустя. Часть первая ======

Корабль «Память Древних» плавно приземлялся на посадочную площадку в космопорте столицы Гормоссиса. Димка, сидя в кресле второго пилота, наблюдал за Тларом, выполняющим маневр. Чётко и безукоризненно, как, впрочем, и всегда. Похоже, что склонность к полётам была у Тлара в крови, как и у большинства членов Семьи Нивиаар.

«Ага, половым путём передалась…» – привычно съехидничал Борька.

«Замолкни, – фыркнул мысленно Димка, – ехидна этакая…»

«Твоя персональная, между прочим, ехидна, – отреагировал Борька, – и как бы вы без меня ЭТО в бывшем Сердце Империи усмиряли?»

Димка ощутимо вздрогнул. Вопрос был риторическим. Никак, понятное дело. Если бы не Борька и не браслет Алькотриса, то ужасное ЭТО могло бы вполне вырваться на волю, неся смерть всем Известным мирам. Но они справились. И теперь бывшее Сердце Империи перестало представлять опасность. Зло было уничтожено.

Димка улыбнулся, любуясь чёткими выверенными движениями Тлара. Своего супруга, своей любви, своей надежды и опоры, отца своих детей… Да, малыши-двойняшки благополучно появились на свет. Крылатый мальчик, напоминавший Тлара чертами лица, только вот глаза у него были Димкины, а кожа имела приятный оттенок терракоты. И девочка, очень похожая на Ирину, с толстеньким, неописуемо забавным хвостиком.

Мальчик был на удивление спокойным и некапризным, первые три месяца он вообще только ел и спал, голос подавал очень редко, но всегда это был густой басовитый рёв, от которого вздрагивали все непривычные. Однако, получив еду, чистые пелёнки, либо просто полежав у кого-нибудь на ручках – если ему так хотелось – малыш с чистой совестью засыпал, да так крепко, что добудиться его было почти невозможно.

А вот его сестрёнка оказалась куда более беспокойной. Из одеяльца она стала выпутываться уже спустя две недели после рождения, сначала с удивлением разглядывала собственные ручки, потом издавала серию пробных воплей, пытаясь разбудить спящего рядом братца, а когда и это не получалось, начинала с упорным кряхтением вертеться, пытаясь подобраться как можно ближе к краю кроватки и путаясь в собственном хвостике, что вызывало новую порцию громких воплей.

Правда, на руках у папаш, дедушки Алькотриса, обеих бабушек, прабабушки Надежды и Рико с Филом егоза мгновенно успокаивалась, начинала вертеть головкой и улыбаться, превращаясь в милого послушного ангелочка.

Но вообще-то без присмотра двойняшки не оставались никогда. В большом доме Семьи Нивиаар за ними и впрямь было кому присмотреть – так что Димка мог спокойно учиться, а у Тлара, который, как и обещал, отложил учёбу на год, было время, чтобы отдохнуть.

Вообще жизнь юных супругов не текла медленно и размеренно, а неслась в бешеном темпе. У Димки была учеба, был Тлар и двойняшки, были Рико и Фил, которым тоже нужно было его внимание и забота, была вся большая Семья… и это было здорово.

Когда год минул, стало ясно, что Тори (малышку назвали Торинай) и Лионис ( ему досталась немного переделанная фамилия – Лионай) опережают в развитии своих сверстников-Найя. В год оба уже говорили достаточно бойко и безошибочно, Тори научилась пользоваться хвостиком и передвигалась на удивление быстро. Димку же интересовало – сможет ли она перекидываться, как он. Только интересовало, не более, он свою дочку любил любую, к тому же малышку-Древнюю родня пыталась нещадно баловать, и если бы не ненавязчивая политика Тлара и разумное вмешательство в это дело Ирины и Талины – разбаловала бы вконец.

Именно поэтому Димка по истечении года решил отдать двойняшек в «очаг» – так на Найири называли учреждения, игравшие одновременно роль земных детских садов и школ раннего развития. Там работали опытные воспитатели, любящие детей, но не баловавшие их. Кстати, обычно в очаги принимали двух, а то и трёхлетних Найя, но годовалых двойняшек приняли с удовольствием, сказав, что это будет интересно.

Тори немного покапризничала для порядку, а Лио, будучи спокойным по натуре, воспринял посещение «очага» философски. Димка же стойко выдержал возмущение большей части родни, именовавшей его злыднем-папашей, заявив, что такое количество любви, обожания и безудержного баловства не каждый взрослый может выдержать и что он не хочет, чтобы дочка росла избалованной капризницей.

Старшие его поддержали, так что Тлар благополучно выдержал экзамены и приступил к учёбе, а Тори и Лио продолжали посещать «очаг». Рико пошёл в школу, Фил, как ни странно – тоже. Хотя мальчик-андроид обладал очень неплохими познаниями, но по большей части познания эти были… немного специфического свойства, а Димка, переговорив с Филом, предложил ему начать всё заново и побыть для начала обычным ребёнком.

И сейчас спустя пять лет Рико превратился в умненького подростка, обожающего свою новую Семью, в особенности двойняшек, а Фил… Фил уже становился юношей. Да-да, кибернетики-Найя обследовали юного андроида и подсадили в его организм специально изготовленных наноботов, так что Фил начал расти, как обычный ребёнок. Димке это порой казалось настоящим чудом, но что уж там. Не было чуда, была великолепно развитая наука.