Так уж случилось, так им было определено судьбой, но развивались эти, пускай будут пингвинами, существа в полярных широтах родной планеты. Случилось так, что на этой же планете, был еще один вид, почти таких же существ, но с сильно заметными отличиями от первых. Совсем другой вид. Так угодно было природе или создателю - на одной планете два разумных вида.
– Как на Земле в начале истории.

И развивались они с примерно равным ускорением и прогрессом. Их корабли не могли пересекать экватор, экипажи не переносили тропическую жару. Но, со временем были придуманы климатические установки! И естественно, началась долгая и жестокая, самая кровопролитная из всех войн этой планеты мировая война.
– Планеты Тритторр.

Война паровых машин. Люди до такого не додумались. У всех машин этой планеты были паровые двигатели, нет, не турбины, а обыкновенные паровые машины.

Сила гравитации на планете немного выше земной. Им пришлось сильно постараться.

На Земле создали паровые корабли, но паровые самолеты, истребители, штурмовики, разведчики, торпедоносцы, бомбардировщики? Паровые субмарины? Пилоты в тяжелых одеждах, подвесные баллоны с газом для форсажа двигателей, - красивые, мощные и грациозные машины. И очень мало оружия. Насколько же оно должно быть эффективным, чтобы быть достаточным? Хотя, кровожадность пингвинов человеку очень сильно, до отвращения не понравилась. Ему не захотелось видеть их этажом выше. Записи боев и сражений понравились.
– Время торопило.

Некоторые из рас совсем не отличались от людей, и Баклан мог определить, что представленная планета не Земля, только по некоторым незначительным мелочам.

И таких мелочей на тридцать-тридцать пять ветвей человеческого древа набиралось очень много.
– Не рас, а ветвей, на каждой из которых, иногда, было по несколько десятков веток и веточек. Иногда очень и очень объемных.

Города с присущей только этим разумным архитектурой, животные, машины, одежда, даже климат на каждой из планет хоть на какую-то малость, но отличался. А уж природа, ландшафт, растительность, города, расположение материков - ни одного похожего на другой мир. Но, сходство рас иногда было поразительным.

С каким-то неуместным сарказмом Баклан подумал, что их, людей, папаша был большой ходок - тот ещё Казанова!
– Разбросал детей по вселенной, от края и до края!

С чего это он стал судить вдруг чьи-то похождения ? С опозданием, до него наконец дошло, что с этими последними его командировками, там, дома, на Земле, плюс нынешнее попадалово, и руки, и губы, стали забывать те сладкие выпуклости и "впуклости" женского тела, такие желанные и обычно скрытые одеждой. И эта скрытость давала простор для таких фантазий! Особенно сейчас. Он помотал головой из стороны в сторону, будто прогонял одолевшее его назойливое видение, ему же нужно идти дальше, при чем здесь женщины? А женщинам всё мало, со всех экспозиций, всех бутиков они зазывно и коварно показывали ему свои прелести, будто специально, будто издеваясь над молодым, здоровым, полным сил мужчиной. Пытаясь не попасться на их уловки, он все дринкал и дринкал, опустошая бутылку с явной поспешностью. С профессорской, не меньше, педантичностью стал рассматривать красоты выставленных на показ миров дольше, пытаясь увлечь себя особенностями техники разных рас. Будто бы получилось.

Из множества всех удостоившихся чести быть здесь представленными, Земля несомненно была бы самой оригинальной. В этом у человека не было ни малейшего сомнения!

А может, всяк кулик ...? Баклан еще пристальней стал вглядываться в эти исторические бутики. Нет, Земля по праву была бы здесь одной из лучших. А как бы здесь представил её он сам? Вопрос конечно интересный, заставивший его на минуту даже замереть.

И почему же Земли здесь нет?

Кто же мог построить этот музей? Его возможности действительно должны быть без пределов, должны быть просто безграничными. Может это райский сад, райские кущи, маленький и уютный парничёк, тепличка с образцами для выращивания цивилизаций, или, или...? Баклан терялся в догадках. Любопытство манило и звало дальше.

Ему было жалко расы этого этажа, которых этажом выше уже не будет.

Очень жаль. Но здесь он был только зрителем, и не более. Лестница, входная арка.

– Посмотрим!

Здесь, на этом этаже, они покоряли космос, энергию атома, летали под солнечными парусами, строили огромные звездолеты и покоряли глубины морей своих и других планет. Они меняли климат и строили острова и новые континенты, спускались в глубины планет и звезд. Многие из них погибли от собственного оружия или ими же созданных биологических химер. Были и случаи восстания машин, долгих и жестоких войн. Машины везде проиграли. Почти все, из здесь представленных, обогнали его родную Землю.

А вот и она, Земля! Но, Баклан удивился, "бутик" Земли совсем крошечный.

Лишь короткая сноска - Цивилизация Земли пошла путем расы Гуч. Баклан не видел здесь расы Гуч! Странно!? Но зачем же его притаранили сюда?

Снова лестница, арка, расписанная на этот раз с эстетической, просто гениальной скромностью. Зал. Такой же, как и другие. Грозный представленными здесь существами. Баклан сильно расстроился из-за Земли и очень хотел увидеть, чем же это все закончится.

Полностью покрытая льдом планета. Жуткие холодные ветры. На небольшой высоте над ледяной поверхностью кольцо, по экватору опоясывающее планету. В пару километров толщиной. Кольцо заполнено водой. Несколько защитных экранов сверху.

– Белые, ростом с человека кальмары с выпученными глазами и одетыми в подобие лошадиной сбруи ленты и металлические полосы. Если эти поднялись над всеми теми, кто ниже, то люди, как же люди Земли могли бы подняться! Как же так!?

Ему стали совсем не интересны моллюски, и он пошел дальше. Были на этом этаже и пережившие свой век виды. Почти у всех закончивших свое биологическое развитие и перешедших в разные другие фазы или на следующую ступень эволюции, были короткие сноски со стрелочкой и значком, похожим на русское "ха" или икс. Скорее всего, знак говорил - "Все!", именно так Баклан и понимал. Иногда их истории заканчивались бесславно и совсем некрасиво, на загаженных и убитых ими же планетах.