Где-то сверху зашипел воздух. Уши заложило.

–  Вот и чудненько, - произнёс Пришивало, вытирая кровь, которая хлынула из носа.
– В танке остаются Ярослава и Дмитревич - остальные наружу.

Солдаты быстро среагировали. Через минуту они уже бежали к машинам, экипаж которых находился в бессознательном состоянии. Сфера по-прежнему продолжала сжиматься, и вскоре технике стало просто некуда отъезжать.

–  Мы не успеем, - с ужасом прошептал следователь.

–  Снаряды закончились, - как-то равнодушно добавил Дмитревич.

–  Как закончились?
– удивился Пришивало.

–  Нам больше нечем расширять проход.

–  Что значит нечем!?
– возмутился Пришивало.
– А танком? Это самая большая машина из имеющихся. Если через проход прорвётся он, то и вся остальная техника пройдёт. Вперёд!

Танк резко дёрнулся и помчался к проходу, до которого оставалось не более трёх десятков метров. От удара об стенки прохода машину сотрясло так, что на мгновение в салоне погас свет, однако она не остановилась. Со скоростью медленно идущего человека танк упорно продвигался вперёд.

–  Ни фига себе, - восхищённо удивился Дмитревич, сам, вероятно, не поверив в получившийся результат, - подействовало!

Как только он это произнёс, танк дёрнулся, и застыл на месте.

–  Ну что там ещё!?
– Пришивало уставился на мониторы.

–  Экскаватор, - объяснил Дмитревич, - а точнее то, что от него осталось. Стрела, или ковш. Они зацепились сзади о неизвестную твёрдую горную породу и не дают танку двигаться.

–  Ерунда! Для такой машины, как эта, какой-то экскаватор - детская игрушка, он сомнёт её и не почувствует.

–  Не в этом случае. Двигатели работают на полную мощность и основная их тяга уходит на расширение прохода.

Пришивало снял с плеча автомат и переключил предохранитель.

–  Колонна идёт сразу за нами, - сообщил Дмитревич.
– Их уже поджимает.

–  Блин, - выругался следователь, - я не успею перестрелять эти горы металлолома. Пусть даже и патроны в этом автомате разрывные.

–  Камень более хрупкий, чем металл, - ни с того, ни с сего в разговор вмешалась Ярослава, - я думаю, что смогу помочь. Открывайте задний люк.

–  Чем!?
– удивился Пришивало.
– Чем ты сможешь нам помочь?

–  Открывайте - увидите…

Ярослава подбежала к открывшемуся люку и выскочила наружу. К борту танка действительно прицепилось бесформенная куча металла. Она вскинула руку и выстрелила. Металл моментально закаменел и взорвался тысячами каменных осколков. Ярослава еле успела отвернуться. Если бы не бронежилет и каска, то исход этой вылазки, скорее всего, оказался бы намного плачевней. Её и так отбросило в сторону на несколько метров. Из люка сразу же появился Пришивало и помог Ярославе забраться обратно в танк. Танк продвигался. В некоторых местах медленнее, в некоторых быстрее, но продвигался. Впереди ничего не было видно. Там скопилась земля, которую машина толкала перед собой. Через некоторое время скорость движения заметно упала.

–  Что случилось?
– забеспокоился Пришивало.

–  Мало того, что мы увеличиваем танком проход, так мы ещё и толкаем перед собой тонны грунта, - ответил Дмитревич, - и чем дальше, тем этого грунта становится всё больше. Теоретически, мы рано или поздно остановимся.

–  Слушай, ты, теоретик хренов, - разозлился Пришивало, - ты не теории тут толкай, а скажи сколько осталось до полости.

–  Мы уже почти в ней, - холодно прокомментировал Дмитревич.

Танк резко рванулся, увеличив скорость, и скатился по горке щебня и камней, которые сам же и вытолкал из прохода, в широкую пещеру.

–  Отъедь дальше, - скомандовал Пришивало, - чтобы в пещеру въехали все машины.

Прожекторы, установленные на танке освещали пещеру довольно хорошо, и члены экипажа получили возможность всё осмотреть. Она была очень широкой и высокой. Вдалеке луч прожектора пропадал в темноте. На земле рос кроваво-алый мох. Танк утопал в нём метра на полтора, там, где он проехал, осталась широкая вытоптанная полоса.

–  Что с колонной?
– Пришивало повернулся к Дмитревичу.

–  Всё в норме, потерь нет. Колонна полностью выехала из прохода.

–  Так, нечего расслабляться. Необходимо дозаправиться и возместить израсходованный запас снарядов.

–  Болеслав Андреевич, - Дмитревич, не моргая, уставился в экран монитора, - мох этот какой-то ненормальный.

–  Я вижу, что ненормальный. Никакой нормальный мох не достигает в высоту двух метров и не имеет такого дикого цвета.

–  Да, но это не всё: он как бы наползает на танк - вон, посмотрите!

Пришивало глянул на экран. Мох медленно обволакивал борта машины, будто прощупывая, из чего она сделана.