Миновав новостные странички, перепрыгнув многочисленные ссылки, не содержащие ничего интересного, Потемкин добрался до более достоверного (коммерческого) источника. Узнал адрес банка, посетил его сервер и отключился, тщательно запутал следы своего пребывания.

– Это Слава!
– разорвалось в голове, как только он увидел программную отмычку, оставленную на сервере.

Никаких следов - вызов в духе Вячеслава Пугачева.

Тело моментально напряглось, переходя в боевой режим.

– Тромб, ты когда-нибудь расслабляешься? Можешь появляться менее адреналинно?
– застонал Дмитрий, пытаясь успокоить возбужденный организм.

Глубокий вдох. Медленный выдох...

Успокоиться не получается - мешают непонятные, но ощутимые изменения, происходящие в организме. Находиться в верхней точке американских горок в ожидании безумного падения и ничего не предпринимать... невозможно!

Стараясь вдохнуть побольше воздуха, Дмитрий ощутил внезапно возросшее давление на грудную клетку.

– Осторожнее, молодой человек, - вновь раздался голос Тромба.
– Прежде чем увеличивать объем легких, подумайте о прочности каркаса: ребра могут не выдержать.

– Ты о чем это?
– испуганно прошептал Дмитрий и вдруг четко осознал, что каким-то образом меняет физические параметры организма.

Грудная клетка явно стала больше.

– Не бойся, напарник! Организму потребовалось чуть больше кислорода - он перестроит свою структуру и получит сколько нужно. Все просто! Эволюция! Я кое-что подправил в твоей голове, чтобы ты мог ускорять этот процесс. Прости, не посоветовался, но это тело не оставляет никаких шансов на выживание.

Вы, люди, вместо того, чтобы изменять свое тело, перекраиваете среду обитания, делая ее более комфортной. За сотни тысяч лет человеческий организм почти не изменился. Природа же менее консервативна - и совсем не дружелюбна к хомо сапиенсу.

– Это мое тело! Не смей!!!
– мысленно заорал возмущенный Дмитрий

Но Тромб резко остановил его:

– Времени нет. Твой вирус уничтожает меня с фантастической скоростью - пора уходить. Найдешь Славку по следам. Они остались - только смотри.

Голос постепенно затих. В голове вспыхнули и тут же погасли адреса, пароли, коды доступа.

– Какой вирус?
– закричал Дмитрий.

«Ты инфицирован... Вы все инфицированы!» - прошелестело в голове.

– Нет! Дмитрий, ты объясни мне, каким образом, следуя на сайт Русской Православной Церкви, можно попасть в такую порногалерею, что и черту не снилось?
– по голосу Анатолия можно было понять, что дискуссию «сам с собой» он закончил и теперь с нетерпением ожидает собеседника.

– А что ты имеешь против порнографии? Кого-то заводит - может, хоть благодаря этому рождаемость повысится, - пошутил Дмитрий, хотя на душе у него было совсем не весело. Последние слова Тромба не выходили из головы.

Раз за разом прокручивая в сознании страшную фразу, Дмитрий ощущал себя прокаженным в лепрозории. Среди таких же, как и он - больных и обреченных.

– Какая, к черту, рождаемость?
– возмутился Анатолий.

– Ты включи телевизор ближе к ночи. Два-три канала показывают «милых, великолепных людей», которые, не обращая внимания на тупость «ограниченных нормалов», пытающихся затащить их в «болото ординарности», остаются педерастами и лесбиянками. И главное, что примечательно - ну очень талантливые личности, такие чувствительные и такие яркие! Уже и церковь закордонная вроде не против однополых браков. Священнослужители и те - к лесу передом, к миру задом. Ловят за этим делом одного за другим, и ничего - словно так и положено! Вот и получается: венчают голубых голубые и рекламируют свой образ жизни с голубого экрана. «Делай с нами, делай как мы, делай лучше нас!» Тьфу ты, блин!
– брезгливо сплюнул Анатолий, скривившийся, словно от зубной боли.

Помолчав, он успокоился и продолжил уже тише, почти шепотом:

– Даже шеф... и тот шутки на эту тему стал отпускать без зубовного скрипения, как раньше.

Дмитрий, привыкший к подобным вспышкам со стороны старшего товарища, вдруг ощутил непонятную тревогу, перерастающую в мрачную безысходность.

«Вы все инфицированы!»

Тромб, Тромб - что же ты хотел сказать?

Скрипнула дверь, и на пороге появился улыбающийся Юрий Николаевич, подтянутый и энергичный.

Серый с металлическим отливом костюм сидит как влитой, подчеркивая все достоинства спортивной фигуры уже немолодого человека. Если не обращать внимания на седую шевелюру, его можно принять за тридцатилетнего боксера или борца.

– Ну что, поросль младая, все дискутируете?
– бодро проворковал он и двинулся к стоящему на столе монитору.

– Не буди лихо, - непроизвольно выдохнул Потемкин.

– Дмитрий! Тебе привет от Светки - рвется приехать, да я не пускаю. Ты уж извини, но сия затея пока небезопасна для нее... и для тебя, конечно.