– А ты и этим занималась?
– Велен продолжал сидеть на кровати, сплетя пальцы в замок.

– Конечно. Мне нужны были деньги, и я ненавидела людей. Идеальный вариант!
– дриада начала быстро скидывать в сумку разбросанные вещи.
– Но затея провалилась с треском. Таханцы тебе расскажут, они просто обожают рассказывать эту байку.

– Может быть, ты тогда просветишь меня насчет империи и ее подданных? Я не много о ней знаю.

– Все зависит от того, что именно ты знаешь.

– Ну… Флаг - белое полотнище с двумя вертикальными полосками по краям, полосы двусоставные: зелень и золото. А в центре - изображение гербового дракона. Деньги - те же золотые, серебряные и прочие, в общем, как везде. Новый император пришел к власти три года назад и сейчас слишком занят внутриполитическими проблемами, чтобы активно устанавливать межгосударственные контакты. Империя - обладатель обширных золотых рудников. Морской флот развит довольно слабо, в основном это торговые весельные корабли. Вот, собственно, и все…

Дриада тряхнула головой, сгоняя с лица изумление. Ничего себе "все"!

– Империя Тахана, от какого-то древнего слова, означающего "рыжий". Во главе всего этого на данный момент стоит Ранхаш Третий. Столица - Хатиш, до нее довольно близко, к вечеру будем там. Вообще, в империи всего пять больших городов, включая столицу, остальное население живет в небольших селениях возле подземных источников. Насчет флота ты прав, таханцы не очень любят море, даже к тем, кто живет на побережье, относятся с опаской.

– Ты не рассказала главного, - ведьмак покачал головой, словно говоря: "я тебя поймал, не смей отнекиваться".
– Как шарад узнал, что ты здесь? Именно в этом доме. Почему они остановились и так настойчиво пытались войти?

– Магия, - Таисс пожала плечами и выставила вперед ладони.
– Мы бы и сами доехали, но Ранхаш, как и поколения правителей до него, хочет, чтобы Дровень присоединился к империи. Добровольно присоединился, заметь. Вот и отправляет отряды каждую дюжину дней. На проверку, все ли в порядке, так сказать. Зато теперь Дровеню не грозят разбойники, которых раньше было много. Я кое-что прикинула, пока ты валялся без сознания, вычислила, что следующего визита стоит ждать со дня на день, и поставила активный маячок. Так что проехать мимо отряд просто не смог бы. И не смотри на меня так. Я не делала ничего недозволенного.

– …Вы давно знаете Шельму?
– прилично увеличившийся отряд бодро направлялся к столице империи.

– Шельму? Меньше часа. До этого я был уверен, что знаю ведьму по имени Таисс, - Велен ехал рядом с шарадом, как раз за девушкой.

– Конечно, надежда своего рода. Шельмой ее зовут только у нас. Если желаете, я могу рассказать вам…

Желали все. Вместо трех всадников возле шарада образовалось одно большое ухо.

– Это произошло совсем недавно, всего лишь около трех лет назад. Летом. Быть может вы слышали о вероломном убийстве нашего императора, Рейдия Пятого, да пребудет душа его в свете? И о покушении на наследного принца?

Велен кивнул. В общих чертах эта история была ему известна.

– Это неугодное богам действо затеял Гроссо Кафона, крупный землевладелец и, якобы, незаконнорожденный сын императора. Это все, конечно, совершенная чушь, но Кафона верил в это, истово верил. Ранхашу под прикрытием полков личной гвардии удалось бежать. Боги благоволили нам, ибо пять магов, служащих Гроссо, не смогли отыскать наш лагерь. Захватчики довольствовались столицей: год был дурной, затевать что-либо не советовали звезды, и этот презренный решил пересидеть лето и осень за стенами города. Мы много думали и мало ели, но умы наши никак не находили верного пути домой. Так шли дни, ночи, прошла почти луна, когда в лагере появилась девочка с красными, как кровь, волосами.

… Это лето слишком тревожно и неопределенно. Мятеж и смута в Хатише, бегство из дворца от клинков убийц, полное разногласие в планах… А теперь еще появляется эта странная девчонка с волосами цвета крови. Можно подумать, нам многократного превосходства сил Кафона не хватало…

Она стоит напротив императора, и солнце заходит у нее за левым плечом. Она - наемница, убийца, чародейка, но лицо ее выражает спокойствие, а меч по-прежнему дремлет в ножнах. Она теребит пушистый хвостик степного тушканчика, висящий на шее и улыбается.

– Ты Ранхаш, верно?

Я слышу каждое ее слово. В голосе сквозит ехидство шэрха, она сама - шэрх, выпущенный кем-то на свободу. Ранхаш молчит, но ответ ей и не нужен.

– А знаешь, - она переходит на доверительный шепот, - Мне хорошо заплатили, чтобы я нашла тебя и убила, - от характерного жеста вдоль горла живот сводит судорогой, - Это правда, что степняки маринуют головы своих врагов?

Император кивает через силу. Вдоль спины течет ледяной страх. У нее глаза матерой степной кошки, но сколько же ей лет? Я не дал бы больше четырнадцати.