– Мы не слышали, как вагаари ушли, – с досадой произнес капитан Тальшиб. В тусклом свете огней послеоперационной палаты его красные глаза горели еще ярче. – Мы, как дураки, сидели в убежище командного центра, ожидая с их стороны каких-то действий. А они просто выбрались из своего корабля и ушли, разбрасывая по дороге токоедов. Очевидно, они еще раньше решили захватить корабль Старой Республики, так что возиться с нами было просто некогда.

– Да, к тому времени Берш должен был сообщить Эстошу об изменении планов, – согласился Драск. – Должно быть, прежде чем отправляться на "Сверхдальний", они предусмотрительно запаслись средствами спецсвязи и потому могли пересылать импульсные сообщения сквозь поставленные людьми помехи.

– Жаль, что я этого не знал, – проворчал Тальшиб. – Мы могли бы выйти и перехватить их.

– А может, это и к лучшему, – возразила Мара, сидевшая по другую сторону от стола Формби. – Вы же видели, что случилось с отрядом, оставленным в ангаре дредноута. У них не было ни единого шанса.

– Может быть, – с неохотой согласился Тальшиб. "Воинская гордость, – подумал Джинзлер, который стоял, прислонившись к стене возле открытой двери, и наблюдал за дискуссией. – Или даже не воинская, а просто обычная гордость". Наверное, Тальшиб предпочел бы встретиться с превосходящими силами врага и погибнуть, чем оказаться в подобной ситуации.

Должно быть, Мара тоже это почувствовала.

– Никаких "может быть", капитан, – твердо сказала она. – Если бы вы не закрыли взорванный пилон изолирующим покровом, мы до сих пор ломали бы головы, как отсюда выбраться.

Тальшиб фыркнул:

– Что же, теперь вы можете свободно перейти с одного мертвого корабля на другой.

– Они оба будут мертвыми недолго, – так же твердо заявил Драск. – Если метод посла Джинзлера сработает, и тот, и другой можно будет восстановить в течение нескольких дней.

Тальшиб снова фыркнул. Джинзлер еще раньше пришел к выводу, что причина психологических проблем капитана – в его отношении к людям. Токоеды, которых выпустили вагаари, лишили "Посланника Чафа" связи с экспедиционным отрядом и вывели корабль из строя прежде, чем сидевшие в укрытиях чиссы осознали, что на них совершено нападение.

А потом – как будто этого унижения было мало – оказалось, что очистить его корабль поможет человеческая изобретательность. Должно быть, капитана это страшно раздражало, и Джинзлер был немного удивлен тем, что Драск поступил в несвойственной для себя манере и дал понять, кто подсказал идею.

А может, Драск сделал это нарочно – так сказать, прозрачно напомнил подчиненному, что даже чиссы могут при случае чему-то научиться у других. Похоже, за прошедшие несколько часов вежливо-недружелюбное отношение генерала к людям заметно смягчилось. О причинах такой перемены Джинзлер мог только гадать.

– Еще один ползет, – громко прошептала Эвлин, стоявшая в коридоре. – Нет, два. О, целая толпа.

Джинзлер отлепился от стены и подошел к девочке. В сиянии ламп, светивших с полки над портативным генератором, он увидел стайку из примерно двадцати токоедов, которые ползли по полу, привлеченные манящим ароматом электрического тока.

– Осторожно, – предупредил он Эвлин, которая сделала шаг в направлении червей. – Если подойдешь слишком близко, они могут почувствовать твои биотоки.

– Ладно, – сказала девочка и вернулась на место. Вдвоем они смотрели, как хрупкие на вид существа резво перелезают через край широкого, но мелкого бассейна, в котором покоились короткие ножки генератора. Один за другим черви шлепались в соленую воду и, подергавшись несколько секунд, замирали неподвижно.

– Прикольно, – прокомментировала Эвлин.

– И эффективно, – рассеянно согласился Джинзлер, снова переключившись на обрывки разговора и пытаясь вникнуть в ход военного совета у Формби. Теперь Драск и Тальшиб обсуждали варианты действий, а Мара, Формби и Фел время от времени вставляли замечание или предложение. Люк, все еще погруженный в джедайский транс, лежал напротив, в операционной, где его продолжали зашивать.

К сожалению, ни один из обсуждаемых вариантов не казался убедительным – по крайней мере, Джинзлеру. Если собрать еще генераторов со "Сверхдальнего", это, возможно, и ускорит процесс очистки "Посланника" от паразитов, но, так или иначе, отлов все равно закончится не раньше чем через три дня. Если только у вагаари по дороге не возникнут какие-то технические неполадки, фора будет слишком большой: "Посланник Чаф" не успеет догнать угнанный дредноут до того, как тот достигнет сторожевой станции Браск Ото и выйдет за пределы скопления.

– Вы скоро улетите, да?

Джинзлер повернулся к Эвлин.

– Мы все улетим, – сказал он ей. – Ты, твоя мама – все улетим отсюда.

– Я имела в виду... как только корабль Синих... то есть чиссов отремонтируют, вы с Марой и Люком улетите.

– Но мы вернемся, – пообещал Джинзлер. – Во всяком случае, за вами прилетят транспорты чиссов и отвезут вас, куда захотите.

Эвлин покачала головой.

– Это ничего не изменит, – тихо сказала она. – Куда бы мы ни полетели, Улиар отыщет какой-нибудь аналог "Д-3" и запрет меня там.