– Это было частное, а не полицейское расследование.

Он поднимает брови.

– Неофициальное? И как вы расплатились?

– Наличными.

– Почему?

– Я не понимаю, какое отношение…

– Вы расплатились наличными, потому что не хотели, чтобы сохранилась запись об этой сделке, не так ли? Вы не оставили в лаборатории ни адреса, ни телефона.

Он не дает мне возможности ответить, что, возможно, и к лучшему. О чем бы я стал говорить? Пот течет у меня по груди, скапливаясь в районе пупка.

– О чем именно вы попросили лаборантов из «Генетех»?

– Я хотел, чтобы они извлекли ДНК из волос и сравнили образец с ДНК Микаэлы Карлайл.

– Девочки, которая предположительно мертва?

– Кто-то прислал Рэйчел Карлайл письмо с требованием выкупа, утверждая, что ее дочь жива.

– И вы поверили этому письму?

– Я согласился провести тест волос.

Грач становится более настойчивым:

– Но вы еще не объяснили, почему попросили частную лабораторию провести этот тест.

– Я сделал это ради миссис Карлайл. Я не верил, что волосы принадлежат ее дочери.

– Вы хотели сохранить это в тайне?

– Нет. Меня просто беспокоило, что мой официальный запрос может быть неправильно истолкован. Я не хотел, чтобы думали, будто я ставлю под сомнение результаты полицейского расследования.

– Вы хотели лишить мистера Уэйвелла его неотъемлемого права на справедливость?

– Я просто хотел проверить новые факты.

Грач возвращается к столу и берет второй листок бумаги, сжимая его в пальцах, словно пытаясь добиться от него повышенного внимания.

Почему он не спрашивает меня о результатах ДНК-теста? Наверное, они ему неизвестны. Если ДНК этих волос не совпала с ДНК Микки, то требование выкупа скорее всего было фальшивкой, что ослабляет позицию Говарда.

Грач начинает новую атаку:

– Впоследствии миссис Карлайл получила второй сверток. Что в нем находилось?

– Детский купальный костюм.

– Вы можете рассказать нам об этом костюме?

– Это оранжево-розовое бикини, похожее на то, которое было на Микаэле Карлайл в день ее исчезновения.

– Похожее или то же самое?

– Экспертиза не смогла дать определенного ответа.

Грач ходит кругами. У него внешность птицы, но душа крокодила.

– Сколько убийств вы расследовали, инспектор?

Я пожимаю плечами:

– Более двадцати.

– А сколько случаев пропажи детей?

– Слишком много.

– Слишком много, чтобы запомнить?

– Нет, сэр. – Мои глаза встречаются с его. – Я помню их все до единого.

Резкость моего заявление немного осаждает его. Он возвращается к столу и снова сверяется с блокнотом.

– На старшем следователе в деле такого уровня лежит большое бремя. Пропала маленькая девочка. Родители напуганы. Люди хотят получить ответ.

– Это было тщательное расследование. Мы не шли по пути наименьшего сопротивления.

– Да, конечно. – Он начинает читать по бумаге: – Восемь тысяч допросов, двенадцать сотен показаний, более миллиона человекочасов… и большая часть потрачена на моего клиента.

– Мы отработали все основные версии.

Грач явно к чему-то клонит.

– А были другие подозреваемые, которых вы оставили без внимания?

– Ничего серьезного.

– А как же Джерри Брандт?

Я чувствую, что теряю уверенность.

– Какое-то время он вызывал наш интерес.

– А почему вы отказались от этой версии?

– Мы провели исчерпывающее расследование…

– А может, вы просто не смогли его найти?

– Джерри Брандт был известным наркоторговцем и грабителем. У него имелись связи в преступном мире, которые, как я полагаю, и позволили ему скрыться.

– Это тот самый человек, который оказался на фотографии перед Долфин-мэншн в день исчезновения Микки?

– Совершенно верно, сэр.

Теперь он отворачивается от меня и обращается к более широкой аудитории:

– Человек, который ранее был привлечен по делу о сексуальном домогательстве в отношении несовершеннолетней?

– Своей девушки.

– Потенциальный насильник, которого видели возле Долфин-мэншн, но которого вы не сочли достаточно серьезным подозреваемым, чтобы потрудиться его найти. Вместо этого вы сосредоточили расследование на моем клиенте, добропорядочном христианине, у которого никогда не было неприятностей с законом. А когда вы получили улики, свидетельствующие о том, что Микаэла Карлайл может быть жива, вы решили их скрыть.