Слушатели раскрыли рты от изумления и в знак ужаса прикрыли их ладонями.

Три Погремушки кивнул и достал из мешка свою каменную трубку. Он тщательно набил ее корой красной ивы и выхватил из костра полуобгоревшую веточку, чтобы прикурить. Затянувшись, он передал трубку Кровавому Медведю. Трубка пошла по кругу — каждый затягивался и передавал ее соседу.

— Подробностей я не знаю. Весть об этом я услышал среди Племени Остриженных Волос. Их вождь, старый Жирный Пес, не слишком-то хорошо отзывается о Низких Людях Бизона, несмотря на то что его мать была родом из этого племени. Как бы то ни было, пусть поразит меня молния, если я неправильно передаю то, что слышал. Но Жирный Пес рассказал мне кое-что еще. Он говорит, что Тяжкий Бобр утверждает, будто его духи послали ему Видение, сообщающее, что вся старая Сила — зло. Значит, и та Сила, что покровительствует торговцам, — тоже. Он сказал своим воинам, что у встретившихся торговцев они могут безбоязненно отнимать все, что захотят, И по-видимому, торговец из Племени Раздробленной Скалы — я с ним встречался; звали его Птица Сойка — не пожелал отдать воинам из Низкого Племени Бизона свой мешок. Своим посохом он ударил по лицу одного из них. Это так разозлило воинов, что они тут же пронзили его дротиками и бросили гнить на солнце, забрав с собой мешок.

Среди старейшин поднялся сдерживаемый гул негодования. Лица приняли сердитое и озабоченное выражение.

Кровавый Медведь задумчиво щурился на огонь:

— Неужели этот дурак не понимает, что он прекратил всякую торговлю вдоль горной гряды? Как он теперь собирается добывать кремень с Реки Ножей? Кто принесет ему эту соленую штуку с юга — помнишь, ты меня однажды угостил? Как люди будут теперь узнавать новости? Неужели торговцы будут теперь обходить горы с запада?

Три Погремушки пожал плечами:

— Не знаю. Честно говоря, к западу от гор ходить нелегко. Местность очень неровная — то стена из песчаника, то огромный каньон, то высокая гора… Реки глубже, и переправляться через них гораздо опаснее. Труднее находить воду… да и людей, что там живут, я не всех знаю. Не знаю, отнесутся ли они с подобающим почтением к посоху торговца… понимают ли язык знаков…

— А может, торговцы прямо через горы пойдут? — задумчиво произнес Один Бросок, указывая на юг. — Когда я был молод, я спустился туда. Там встречаются большие открытые долины. Правда, перевалы расположены высоко, тропы иногда теряются в лесу. Но пройти все-таки можно.

Три Погремушки внимательно выслушал и согласно кивнул:

— Да, можно и так пройти. Ты прав. А вот как ответить на твой вопрос — не знаю. Что до меня, то мне не хотелось бы на высокие вершины забираться. Я, наверное, попробую пройти другим путем — например, зайду на запад за горы и пущусь по тропе, что идет вслед за Сердитой Рекой Белой Воды до Серебряной Реки, а потом к океану, где Солнце-Отец погружается в море. Говорят, там торговля хорошо идет. Оттуда можно приносить морские раковины, копченую рыбу, хороший обсидиан…

Конечно, я буду скучать по равнинам, по которым бродят бизоны, и по старым друзьям, но ведь и так все уже не то, что было. Племя Остриженных Волос прогнали к югу от Песчаной Реки. Племя Раздробленной Скалы опасается, как бы Остриженные Волосы не устремились на юг. Говорят, они даже воевали, чтобы решить, кто кого прогонит с родной земли. На мое племя — Племя Белого Журавля — напали Низкие Люди, Бизона, и нам пришлось переселиться далеко к северу от Великой Реки, чтобы избежать такой беды. Но там нам пришлось воевать с Людьми Маски, которые не были рады увидеть нас на своих землях. Племя Огненного Бизона, что живет на юге у Великой Реки, тоже подверглось нападению. Они поклялись отомстить обидчикам в следующем году, когда особым обрядом очистят своих юных воинов и снабдят дротики новой Силой.

Из-за всех этих нападений и сражений мне не очень-то хочется бродить в одиночестве — ведь защищает-то меня лишь посох да Сила торговцев. Если Тяжкий Бобр внезапно умрет, а его кожа сморщится и сожмется — это, говорят, уготовано тем, кто обижает торговцев, — то я, может быть, снова буду ходить по равнинам. Но пока что ничего плохого с Тяжким Бобром не случилось, хоть его воины и убили торговца.

— Может, тебе стоит пойти вдоль Великой Реки? — мягко спросил Кровавый Медведь. — Все идти да идти вниз, пока не дойдешь до Воды-Отца, а потом — до соленой воды?

— Это, друг мой, длинный-длинный путь. Вдобавок я не знаю тех, кто живет по берегам Воды-Отца. Конечно, кое-что я про них слышал, потому что Племя Огненного Бизона ведет с ними торговлю — шкуры и сушеное мясо в обмен на рыбу, черепах и циновки из травы, — но язык их мне не известен, и я не знаю, уважают ли они посох торговца. Нет, я думаю, что пойду на запад, к Серебряной Реке.

— Ну а с нами-то ты по-прежнему торговать будешь? — не удержавшись, спросила Зеленый Рог.

Она раскачивалась из стороны в сторону, толкая соседей: ее старые ноги не выдержали долгого стояния и уснули. Но она все никак не могла заставить себя уйти — ведь торговец рассказывал такие удивительные вещи! Одному Первому Человеку известно, когда к ним еще раз придет торговец.

Гость засмеялся, высвобождаясь из своих теплых одеяний — ему уже было жарко у костра.

— С Красной Рукой я буду торговать по-прежнему. Правда, это мне не по пути будет — ну да ничего, сделаю крюк. Я могу сказать, что мне нужны ложки из рогов горных овец, лепешки из печеных кореньев, паста из сосновых семян да много чего еще… Посмотрим, чем этот поход закончится.