— Я пришлю за тобой вертолет, — пытаясь сохранить спокойствие, произнес Альфред.

— Пап, — пытался возразить молодой человек.

— Ничего слышать не хочу даже. Ты уже раз меня не послушал.

— Пап! — Феб уже громче обратился к отцу. — Центр забит зараженными и умирающими. Ты серьезно хочешь демонстративно вывести меня, оставляя их? Уже нет разницы, здесь или в Парнасе. Не обращай еще сильнее народный гнев на себя, если ты и сам понимаешь, что это ничего не изменит.

Мужчина почувствовал комок в горле и, потирая глаза, пытался изо всех сил сдержать накатывающуюся предательскую слезу.

— Ты уже сделал тест?

— Положительный, — словно приговор, молодой человек озвучил жестокую правду.

— Феб, — пытался сохранять самообладание Альфред. — Через шесть дней мы должны получить лекарство.

— Из Кордоса? — удивился молодой человек.

— Да, — соврал Альфред, — из Кордоса. Продержись шесть дней.

Феб попытался изобразить улыбку, глядя в камеру.

— Конечно, не волнуйся. Сегодня ведь только первый день, время есть.

Мужчина попытался дрожащими губами изобразить подобие улыбки в ответ. Попрощавшись с сыном и завершив звонок, он, не в силах себя больше контролировать, зарыдал.

***

Все последующие часы Альфреду казались сном. Рутинное общение с чиновниками, анализ свежих событий, совещания. Усталость нарастала с каждой минутой, но теперь это его радовало. Ему уже почти не хватало сил, чтобы думать о сыне. Когда наступил вечер, он окончательно вымотался и рухнул в кресло, устало закрыв глаза. Его единственная радость была в том, что сегодня ночью он, наконец, сможет заснуть.

— Господин Келлер, — раздался голос Софии за дверью кабинета.

— Входи, — устало произнес Альфред.

— Уже поздно, у вас еще будут распоряжения? — женщина обеспокоенно смотрела на него. — Я могу идти?

— Тебя не затруднит, если я попрошу тебя принеси чего-нибудь выпить? Дальше можешь быть свободна, — ответил Альфред, не открывая глаз. Он думал о том, стоит ли ехать домой или снова ночевать в кабинете.

— Конечно, — ответила София и вышла из кабинета.

Попытки мужчины расслабиться прервал звонок. Альфред открыл глаза и посмотрел на монитор.

— Ублюдок, — злобно прошипел мужчина и, прочистив горло, нажал на кнопку ответа.

София вошла в кабинет, держа в руках бокал с бутылкой напитка. Альфред махнул ей рукой, указывая на дверь. Женщина, понимая намек, попятилась назад и вышла.

С экрана смотрело ненавистное Альфреду лицо. Эларион Тинарос, представитель Атлантис.

— Добрый вечер, господин Келлер, — лицо человека выражало притворную улыбку. — Надеюсь, я не отвлек вас?

— Я вас слушаю, — Альфред даже не пытался изобразить приветливость.

— Я звоню вам, чтобы от лица всего Атлантис и лично императора Нексора, выразить нашу поддержку. Как ваш сын себя чувствует?

В этот миг Альфреду больше всего хотелось видеть эту мерзкую рожу перед собой, чтобы иметь возможность с удовольствием приложить об стол.

— Благодарю Вас за беспокойство, состояние Фебуса пока дает надежды на хороший исход, — Альфред старался, чтобы ни один мускул на его лице не выдал его страха. — Поражен, как быстро до вас доходят новости.

Лицо на экране лишь снисходительно улыбнулось.

— Я хочу напомнить, что Аталантис всегда готов помочь вам в вашей затруднительной, я бы даже сказал, трагичной ситуации. Мы уже приготовили вам партию гуманитарной помощи, которая поможет одолеть этот ужасный недуг. Уверяю Вас, для господина Келлера-младшего будет особая партия. Вы можете не беспокоиться, если вас волнуют побочные действия нашего препарата.

— Благодарю Вас, — Альфред едва сохранял самообладание. — Я обязательно учту ваше щедрое предложение. Однако, Аркадия пока не в таком плачевном состоянии, как вы могли подумать. Вполне справляемся своими силами.

— Как вам будет угодно, — на лице собеседника на миг проскользнуло разочарование. — Просто хотел напомнить, что вы всегда можете рассчитывать на поддержку. До связи, господин Келлер.

Альфред завершил звонок, не попрощавшись. Внутри кипел гнев, эти подонки виновны в заражении Фебуса. На президента давили со всех сторон. На секунду в голове Альфреда промелькнула мысль просто собрать все военные силы и бросить их в сторону этой проклятой империи, как когда-то в такой же ситуации сделал Шародас. Конечно, это будет означать, что для Аркадии это будут последние дни, но перед своим концом она как следует покусает этих самодовольных ублюдков. Отгоняя от себя этот порыв, он взял планшет и набрал Кензи.