— Поворачивай обратно и подъезжай со стороны служебного входа, — парень обратился к водителю.

— Господин Келлер, меня уволят, если я позволю вам выйти сюда, — водитель пытался образумить сына президента.

— Не уволят. Скажешь, что довез меня до аэродрома, я расскажу ту же самую версию. Довести меня до самолета за ручку не входило в твои обязанности.

Водитель занервничал, но повернул руль, уводя автомобиль с площади, одновременно пытаясь сообразить по карте, где можно подъехать, чтобы не столкнуться с толпой. В это время Феб смотрел в окно, наблюдая за происходящим. Все, кто находился в толпе — будущие покойники. Даже те, кто в средствах защиты приносил своих родственников и друзей, уже, вероятнее всего, были заражены. Патоген передавался невероятно быстро, стоило оказаться в одном помещении с зараженным без защиты. Придется всех контактировавших с больными куда-то уместить в зоне карантина.

Служебный вход находился внутри закрытой территории, к счастью, толпы рядом огороженной площадки не наблюдалось.

В здании «Медтеха» творился переполох. Когда появился Келлер, сотрудники окружили директора, каждый рассказывал свою версию, мнение и возмущение по поводу сложившейся ситуации.

— Нам придется открыть второе крыло для зараженных, — Феб громко выкрикнул, пытаясь перекричать недовольных коллег.

Звуки негодования стали сильнее и, пока Феб собирался озвучить новые аргументы, он заметил человека, машущего ему рукой

— Лиам, — шепнул себе под нос Келлер, узнав друга, и протиснулся мимо возмущающихся людей в костюмах биозащиты.

— Нам придется предоставить оставшееся крыло зараженным, — Феб подошел к Лиаму.

— Ты собираешься превратить весь центр в зону карантина? А мы куда?

— А нам придется помогать, — Келлер пожал плечами.

— С ума сошел? — Лиам вытаращил глаза на него. — Ты попробуй сказать это людям, что им придется теперь контактировать с зараженными.

— Попробую, — Феб развернулся к толпе возмущенных коллег.

Люди продолжали выражать недовольство. Он закрыл глаза на несколько секунд, собираясь с мыслями.

— Я понимаю, что наш центр — не больница, а вы не медицинские работники, не санитары и не врачи, — Феб выкрикнул в толпу стоящих перед ним людей. Все стояли в масках и практически невозможно было понять их настроение. — Но сейчас Вердантон нуждается в помощи всех, кто еще способен ее оказать. За дверями нашего центра находятся зараженные и чем дольше они там находятся, тем увеличивается риск заразиться для всех, кто здесь живет. Для ваших семей, друзей и вас самих. Сейчас наш ценнейший ресурс — это медики. Наша задача оказать им посильную помощь. Я прошу вас скооперироваться и посодействовать в размещении больных внутри центра.

Сотрудники замолчали и начали переглядываться, в попытках понять, как их коллеги относятся к такому предложению. Пока не послышался первый голос:

— А с какого мы должны выполнять эту работу? Почему Парнас не пришлет больше медиков?

Люди быстро подхватили это возмущение и послышались новые выкрики:

— Почему правительство ничего не делает? — послышалось с другого конца толпы.

Гул возмущений все больше нарастал. Феб начал понимать, что переоценил свои возможности. К счастью, вмешался Лиам, выйдя вперед:

— Вас никто не заставляет, — громким твердым тоном произнес он. — Мы с господином Келлером уже решили, что будем в числе добровольцев, — Лиам оглянулся на Феба, тот удивился такому повороту, но утвердительно кивнул. — Поэтому предлагаем вам присоединиться и помочь, в первую очередь, чтобы предотвратить дальнейшие заражения. Если кто считает, что это не для него и не хочет рисковать — выход свободен. Центр становится временным госпиталем для зараженных, пока ситуация не изменится. Вы можете расходиться по домам, пока центр вновь не начнет работу.

Феб с благодарностью посмотрел на друга, когда тот отошел, уступая ему место впереди. К этому моменту возгласы поутихли. Малая часть людей сразу направилась в сторону выхода. Кто-то метался, пытаясь уловить настроение большинства. Было очевидно, что никто не хотел рисковать, а ставки были высоки. Но в то же время люди понимали, что перспективы города становятся все мрачнее. Для многих также не было секретом, кто стал виновником этой ситуации. Все боялись признавать, что Атлантис сможет поставить на колени Аркадию на этот раз. Все годы, с тех пор как гегемон начал поглощать все больше стран, народ Аркадии сплотился, но сейчас речь шла не о свободе, а о возможности заразиться крайне мучительным и смертельным недугом.

— Я уважаю право тех, кто уйдет, — понимая, что надо что-то сказать и поддержать стремление людей прислушаться и помочь, произнес Феб. — И с безмерной благодарностью отношусь к тем, кто останется. Поверьте, нам с господином Пателем, — Феб олянулся на Лиама, — тоже было не легко принять такое решение.

После сказанного, несколько людей со стыдливо опущенной головой все-же ретировались. Но большинство все же осталось. Феб невольно улыбнулся, почувствовав гордость за них и начал давать инструкции по дальнейшим действиям.