— Расскажи мне, Софи! Не бойся, об этом не стоит говорить с людьми, а мне ты можешь сказать, так я лучше пойму твой выбор.

— Там был один парень, измученный, изувеченный и несчастный. Но добрый, такой светлый внутри. Брайан пробыл там достаточно долго, по моим подсчетам около пятнадцати лет. Он был очень сильным, поэтому и терпел те страдания, но единственным желанием его было получить свою смерть, чтобы пропасть в забвении. Мы по-дружески привязались друг к другу, он ко мне даже сильнее, чем хотел бы. А ведь за светлые чувства в том месте караются неимоверно жестоко. Но Рафаил решил помочь, он подсказал, как заставить демоницу Лил поглотить душу Брайана. А потом, на мою просьбу он согласился лично убить эту тварь, чтобы душа бедного парня смогла освободиться. Он сделал это на моих глазах, и душа Брайана отправилась к светлым. Где-то он родиться заново. И вот за это я поклялась демону в верности. — Я подняла глаза на Эммануила. Он и не пытался скрыть от меня своего изумления, пристально вглядываясь в выражение моего лица. И тут он задал не дающий ему покоя, вопрос:

— Ты сказала, что попросила его. …Через что он пьёт твою душу?!!

— Нет, об этом, я думаю, распространяться не стоит. Он предупреждал, что посвящать в эти отношения никого нельзя. — Затрясла я головой, струсив, когда вспомнила лицо Рафаила.

— Говорят, если начать рассказывать об этом, с подробностями — тебя блокирует невыносимая боль. Я не хочу проверять.

Эммануил порывисто вскочил со своего места, и, склонившись надо мной, взял меня за подбородок:

— Софи, скажи мне просто через что??! Без подробностей, тем более, никакая боль тебе рядом со мной не страшна. Я лишь хочу понять причину, почему он явился сюда! Скажи, прошу тебя! Я ведь всё равно узнаю, не сейчас так потом. …Ну, пожалуйста!

— Он …он пьёт только через радость и удовольствие, — выдохнула я, учащенно моргая, не в силах отказать в его просьбе.

— Этого не может быть!!! Демона не могут привлекать светлые чувства!!! — совершенно сбитый с толку, выкрикнул Эммануил. — Ты уверенна?

— Рафаил никогда не прикасался ко мне, когда я боялась или злилась, его это раздражало. Он не пытался причинить мне боль, он вызывал во мне лишь приятные эмоции. Ошибиться здесь просто невозможно. — Уверенно покачала я головой, приводя ангела в полное замешательство. Эммануил заходил взад-вперед по комнате, ероша в размышлении себе волосы. Я поразила его своими словами, сделала открытие в восприятии светлого. Мне понравилось, что его это так удивляет. Значит, не всё так упорядочено в их мирах.

— Ты ведь понимаешь, что это нонсенс?! Я не могу это принять и поверить, …просто на уши не натянешь, как говорят у вас! Страшно то, что ты не бредишь! — пробормотал он.

Я усмехнулась. Теперь черный юмор моей судьбы, я находила весьма забавным:

— Ну, почему, бывают же падшие ангелы. А я плохая привычка темного демона Рафаила.

— Если, …если это действительно так, — покачал головой Эммануил, не сводя с меня глаз, — то для тебя в этом есть плохое и хорошее. — Он присел передо мной на корточки, чтобы я с близи могла видеть его блестящие глаза. — Хорошее то, что ты можешь воспользоваться слабостью демона. Он ведь пойдет на всё, чтобы сделать тебе приятно, чем лучше тебе будет — тем вкуснее для него твоя душа, и он, скорее всего, будет растягивать своё удовольствие. Можно заставить его творить добро руками тьмы! Поразительно! …А плохое в том, что, если об этом узнают другие демоны — они сделают всё, чтобы стереть эту нелепость! Они призовут более сильных демонов. Есть среди них более могущественные, чем Рафаил. И они убьют его. И тогда с тобой может произойти самое непредсказуемое!

— Какая разница, конец то у меня всё равно будет один! — нервно пожала я плечами, не понимая, чего он больше хочет — напугать меня или обнадежить.

Эммануил опустил глаза и задумался:

— Кто знает, Софи. …До какой степени может всё измениться. Мы будем наблюдать. В любом случае теперь на твоем пути часто будут встречаться и светлые и темные, — прошептал он, всё так же заворожено глядя в неподвижную точку перед собой.

Не могу сказать, что этим он мне хоть что-то разъяснил, но я ухватилась за возможность выяснить для себя другой волнующий меня вопрос:

— Как их отличать от людей?! — с надеждой выпалила я. Но он только рассмеялся и покачал головой.

— Нет! Просто живи! Я принесу ещё чаю.

В ожидании я положила руку на стол, уронила на неё голову и мгновенно отключилась.

Не знаю, сколько часов я проспала в этой сложной позе, но вот только когда проснулась, застонала от боли. Моя шея отказывалась разгибаться, да и спина тоже! Наверное, это было до коликов уморительно смотреть со стороны, как я, словно не смазанный робот, пыталась пошевелить то одной, то другой частью тела, потому что позади меня раздался тихий смех.

— Я рад, что ты спала очень крепко, я старался, но потом еле смог тебя разбудить. Просыпайся, Софи. Девушка по имени Камила Эмблер уже в Сент-Луисе! Тебе пора! — сегодня голос Эммануила звучал бодрее, в нем даже слышались ироничные нотки.

Я, наконец, повернулась в его сторону, и снова про себя порадовалась его добрым глазам. Он ждал.

— Тогда спасибо за приют, светлый! И …прощай! Если вы молитесь, и если тебе не трудно — помолись за меня тоже. — Пробормотала я смущенно. Всё-таки было сложно отрекаться от помощи такого удивительно понимающего существа.

— Прощаться нам рано, Софи. Я буду наблюдать за тобой сам или с помощью своих посланников, но мы ещё можем встретиться. В ходе последних новостей это вполне реально. Помни — следи за своими словами и поступками. А теперь иди! — Он проводил меня взглядом, но следом не пошел.

Думаю, не без помощи светлых — людей не оказалось ни в самой церкви, ни около неё, они избавили меня от ненужных свидетелей моей встречи с Камилой. Ведь это должна была быть не просто встреча двух подруг — это будет встреча с восставшей из мертвых, получившей временную отсрочку.