— А от меня, что вы хотите?

— Хочу понять, как во всей это истории оказалась я? Почему я?

— Прогуляемся? — ответил вопросом на вопрос Уваров.

Кивнула ему в ответ, а когда мы медленно зашагали вдоль дороги, он спокойным голосом мне сказал:

— Я не имею права раскрывать такую информацию, тем более вам, но одно могу сказать: вы очень красивая девушка. Возможно, по этой причине вы и были выбраны на эту роль.

— Они убили моего брата. Я не хотела соглашаться.

— Мы во всем обязательно разберемся. А если у вас возникнут ко мне вопросы, можете звонить мне в любое время. Сейчас извините, мне нужно идти.

Его интонация была абсолютно спокойной и мне хотелось ему верить. Уваров внушал доверие. Надеюсь, он мне поможет.

Завтра Марат должен позвонить тому самому человеку, дело которого мы нашли в сейфе Волкова. Он должен будет позвонить ему и сказать, что все готово для отправки груза. Волков возьмет с собой кейсы и его с поличным встретит Уваров. Схема придуманная Мартом, казалась простой и все должно получиться. Последний рывок и все закончится.

Марат решил сдаться полиции. Отсидеть положенный срок. Сначала я категорично отнеслась, к его решению. Но теперь понимаю, что это поступок настоящего мужчины. Марат так мне и сказал: «Каждый должен отвечать за свои поступки». А я буду его ждать. Мы будем его ждать. Я и наш малыш.

Возвращаюсь в квартиру, где уже нет Андрея и не будет. Планирую уехать домой, сразу после того, как Волков и Быстрицкий окажутся за решеткой. Родителям Андрея эту новость я не сообщала. Сейчас они делают все, чтобы Олеся получила заслуженное наказание. Мать Андрея во всем винит меня. Да, в какой-то степени я чувствую себя виноватой. На месте Андрея должна быть я.

Когда я встречалась с Олесей, мне казалось, она до сих пор не осознает сложность всей ситуации. Хочется навестить ее, поговорить с ней. Рассказать, что произошло с Андреем. Все же он был слишком молод.

Захожу в квартиру. Без Андрея пусто и страшно одной. Все напоминает о нем. Боишься каждого шороха. Одна я тут не смогу. Проще снять номер в гостинице. Решаю так и поступить. Спешу в комнату, чтобы собрать вещи.

Раздается звонок в дверь. Сразу перебираю в голове варианты, кто бы это мог быть. Обещал заехать Григорий Алексеевич, чтобы выбрать фотографию сына.

Спешно открываю двери и вижу перед собой Волкова. Его цепкий взгляд не дает мне возможности произнести хотя бы слово. Только мысли проносятся в моей голове: «Зачем он здесь и почему?»

— Попалась рыбка! — раздается его голос. Затем он хватает меня за руку. Не успеваю закричать, как из своего кармана он достает белый платок и прикладывает к моему рту.

Пришла в себя в совершенно незнакомом месте. Сижу на земле, мои руки пристегнуты наручниками к какому-то железному столбу, голова раскалывается. Вспоминаю, что произошло со мной накануне. И последний кого я видела — это Волков. Как он сильно хватает меня за руку, прислоняет спиной к себе и прикладывает к моему лицу белый платок, насквозь пропитанный какой-то жидкостью. Как только я почувствовала запах исходящий от платка, тут же погрузилась в сон.

Поднимаюсь на ноги, дергаю руки — я прочно пристегнута. Начинаю осматривать местность, чтобы хоть как-то понять, где я нахожусь. Вокруг никого, какой-то пустырь, по которому гуляет порывистый ветер. Свистит, разгоняется, развеивая глухую тишину. Рядом недостроенное здание. Неужели Волков задумал меня убить? От этой мысли меня бросает в дрожь. Да, теперь у него появилась масса причин избавиться от меня. Слишком много от меня проблем. Что ему стоит убить человека? Пустяк. Понимаю, что мне нужно, как-то отсюда сбежать. Выбраться из устроенной ловушке никак не получается. Запястья пекут от наручников. Их невозможно снять, нужен ключ, которого у меня нет.

— Помогите! — кричу от безысходности. Мой голос раздается эхом, где-то вдали. Никто не отвечает, тогда я предпринимаю еще несколько попыток.

Ничего. Только ветер подул сильнее, от которого я продрогла еще больше.

Смотрю куда-то в даль. Не видно ни машин, ни проезжей части. Лишь только желтая сухая трава, почерневшие деревья с которых почти совсем опала листва.

Жалею ли об одном, что не успела сказать Марту, что ребенок, которого я ношу под сердцем — его.

Хочу посмотреть в его глаза, снова прикоснуться до его колючей щеки, смотреть на его сильные черты лица, разглядывать каждый шрамик, мягко скользить подушечками пальцев по его телу. Касаться его, целовать без остановки. Обнимать так, чтобы сердце, как бешенное колотилось в груди. Мой дорогой Марат, как же я тебя люблю. И все остальное неважно. Для большой и сильной любви ничего не имеет никакого значения.

Никогда не поздно измениться. Осознать свои ошибки. Марат осознал. Вспоминаю, как он говорил, что его изменила любовь. Бессмертная любовь ко мне. Сильное чувство, благодаря которому его сердце растаяло. На мир он стал смотреть совершенно другими глазами, наполненные жизнью и невероятным теплом в сердце.

Еще раз стараюсь предпринять пытки побега. Кричу так, что слышу, как хрипит мое горло. Руки немеют, неудобно их держать в таком положении, постоянно на весу.

Наконец-то вдали слышу шум. Вздрагиваю, смотрю вперед и вижу, как по неровной дороге едет машина. Большой внедорожник, который уже где-то видела.