Сразу после окончания совещания, Волков вызвал к себе Быстрицкого и приказал в срочном порядке использовать Фомину, в качестве наживки для киллера.

— Все! Защитничка ее уже нет, — распинался Волков, расхаживая по своему кабинету. — А Марат за ней придет и кейсы отдаст, если узнает, что ей угрожает смертельная опасность. Значит так, делай что хочешь, но до киллера нужно донести, что Катя у нас в заложниках. Фоминой я займусь сам. На тебя надежды нет никакой. Все. Выполнять! — после этих слов Волков указал Быстрицкому на дверь.

Быстрицкий решил поехать вслед за Уваровым, когда тот покинет отдел.

Машину генерала сопровождало еще несколько машин, поэтому Быстрицкий ехал осторожно. В любой момент его могут засечь и поинтересоваться, зачем он, начиная с самого управления едет за ним. Причем спросить могут не в самой лучшей форме.

Наконец-то удобный момент настал. Его авто остановилась перед высотным жилым зданием.

Быстрицкий припарковался недалеко, тоже вышел из внедорожника и быстрым шагом направился к Уварову. Но тут неожиданно для него появилась Катерина. Она окликнула генерала, после чего он остановился и начал разговор с ней. Быстрицкий остановился вдалеке и наблюдал за ними. Капитан старался скрываться за растущими вблизи деревьями, так как считал не самым подходящим временем раскрывать себя.

О чем они говорят — капитан не слышал. Но решил переговорить с Уваровым, когда Фомина уйдет.

Их разговор длился не более десяти минут. Постоянно говорила Катя, Уваров только слушал. Сначала они стояли, затем решили пройтись вдоль дороги.

Катерина ушла, также внезапно, как и появилась. После чего Быстрицкий поспешил к генералу.

— Добрый вечер! — окликнул его Быстрицкий, когда тот хотел снова сесть в свое авто.

Высокорослого и седоволосого генерала, который одет в строгий мундир Бстрицкий решил не отпускать не под каким предлогом. Этот разговор имел для капитана большое значение.

— Вы? — Уваров нахмурил брови.

Капитан подошел еще ближе и уверенно произнес:

— У меня есть для вас важная информация. Я не хотел при всех.

— Это почему? — генерал Уваров заинтересованно смотрел на своего собеседника.

— Потому что в нашем отделе появился оборотень, — затем Быстрицкий достал из кармана телефон и включил запись, на которой отчетливо слышан голос Волкова:

«Все! Защитничка ее уже нет, — распинался Волков, расхаживая по своему кабинету. — А Марат за ней придет и кейсы отдаст, если узнает, что ей угрожает смертельная опасность…», — Быстрицкий специально сделал запись, когда в последний раз посещал кабинет Волкова. Ведь он уже знал, как ее применить.

— Вот же волчара! — резко заявил Уваров сразу после того, как дослушал запись. У него не возникло сомнения, что это говорил подполковник. — Давай, рассказывай и все по порядку, — теперь к Быстрицкому он обращался более спокойно.

Больше всего на свете мне не хотелось участвовать в траурной процессии. Видеть, как скорбит мать Андрея. На ней не было лица. Я не знала как вести себя. Ещё недавно я принимала поздравление, от них теперь же соболезнования. Все так и шептались, что я рано встала вдовой.

О моем положении тоже стало известно окружению отца Андрея. Только хотела собраться с мыслями и сообщить, ему что ребенок не от его сына, теперь понимаю, что позно. Каждый второй из его знакомых знает о моей беременности. Как только набираюсь смелости, хочу подойти к нему, заговорить, вижу в каком он состоянии и следующая новость, что внук ему не родной — станет для него еще вторым больным ударом.

Настало время позвонить тому самому человеку, номер которого прислала мне Светлана.

Как не странно, он поднял быстро трубку, и на том конце я услышала грубый, мужской голос. Говорил он резко:

— Алло!

— Генерал Уваров? — решила спросить я.

— Да. Кто это? — последовал его следующий вопрос.

— Ваш телефон мне дала Светлана Журавлева, она сказала, что вы можете мне помочь.

— Ах, да! Она предупреждала, что вы можете позвонить. Не думал, что вы решитесь. Вы сейчас свободны? Подъезжайте, обсудим подробней вашу проблему.

Он назвал дату, время, а затем положил трубку.

Посмотрела на часы и поняла, что у меня совсем не так уж много времени до встречи с ним.

Приезжаю на место, когда он был уже там. Узнала его сразу, так как одет он был по форме. Подхожу ближе, слегка робею, не знаю с чего начать свой рассказ.

— Вы и есть Фомина? — интересуется он.

— Я.

— Вы знаете, где он?

Я сразу поняла, о ком он говорит. Он говорит о Марате.

— Нет. Он сам меня нашел. Сказал, что сдастся полиции, как посадит за решетку одного из ваших подчиненных.

— Кого? — его взгляд стал более сосредоточенным.

— Подполковника Волкова.