Но он мне ничего не отвечал, все также продолжал лежать неподвижно в глухой тишине. Лишь слышно, как тихо отдает свой ритм кардиограф, записывая на экране каждое движение его сердца.

— Этот сок должна была выпить я. Мне не хочется, чтобы ты находился здесь. Скорейшего тебе выздоровления Андрей! — после этих слов я покинула палату.

Мне хотелось верить, что с Андреем все будет хорошо. Еще немного он поправиться, придет в себя.

Не знала, что делать дальше. Пребывая в полной растерянности, хотела вернуться домой, но моим планам помешал Быстрицкий.

— Ну что Катерина, доигралась? — спросил он, когда подошел ближе ко мне.

Никак не могла уловить его интонацию. И что он имеет ввиду? Почему Быстрицкий появляется тогда, когда случается какая-нибудь неприятность.

— Сейчас поедем в отдел, все расскажешь в письменном виде.

Когда мы приехали, я рассказала, что произошло. Андрей выпил сок, который принесла мне Олеся. Когда я рассказывала капитан постоянно хмурил брови, но мне казалось, что он верит мне.

Он вызвал экспертов, после чего мы поехали на квартиру, чтобы забрать коробку с соком для экспертизы.

Все настолько быстро происходило, что я потеряла счет времени. Когда мы находились в квартире, у меня постоянно звонил телефон. Я подняла трубку, и услышала на том конце раздался голос Светланы:

— Екатерина! — воскликнула она.

— Да, я вас слушаю, — произнесла я и посмотрела по сторонам, нет ли по близости Быстрицкого.

— К сожалению, я не смогу вам помочь. Но знаю, кто сможет. Я сброшу вам смс-кой адрес, где вы сможете с ним встретится. Он обязательно поможет решить вашу проблему.

— Спасибо! — отвечаю, затем слышу короткие гудки и кладу телефон в карман.

На горизонте появляется Быстрицкий. Смотрит на меня заинтересованным взглядом. Все же ему интересно с кем я разговаривала.

— Ладно, поехали обратно. Будем тебе очную ставку с Олесей устраивать.

Олесю завели в кабинет Быстрицкого и посадили напротив меня. Сначала она сильно удивилась, а потом резко спросила:

— Он жив?

— Надеюсь, он будет жить.

В наш разговор вмешался капитан, который стоял за спиной Олеси:

— Екатерина, скажите это она вам передала коробку, в которой находился отравленный сок?

— Да, — отвечаю, смотрю на свою собеседницу и почему-то мне кажется, что в ее глазах нет ни капли раскаяния.

— Это она его отравила! — Олеся указывает пальцем на меня, привстает со своего места, но ее остановливает Быстрицкий.

— Тогда, как вы объясните, что в вашем доме обнаружены следы цианистого калия. Того самого яда, которым отравлен Андрей Левин. И перчатки в которых вы проделывали процедуру — выкинули в мусорное ведро. С дозой вы явно перестарались.

— Сначала докажите.

— Докажем. Вы же знаете, кто отец Андрея? Известный, уважаемый человек. И самое главное у него есть деньги, которые и заставляют людей делать не совсем обдуманные поступки. Он это дело не спустит на тормозах. Это я вам обещаю.

Единственный вопрос, который мне хотелось задать Олесе: Зачем она это сделала?

Встаю со своего места и задаю ей следующий вопрос:

— Ты же говорила, что любишь его? Андрея? Как ты могла подставить его?

— Да горите вы оба в аду!

Быстрицкий приказал увести Олесю. Я тоже решила не задерживаться в компании капитана и вежливо попросила его, чтобы он подписал мне пропуск.

— Говорил тебе уезжай. Не послушала. Значит, будешь, как и твоя подружка по зонам колесить. Ты же знаешь, где киллер? По глазам вижу, что знаешь. Не боишься пойти, как соучастница?

— Не боюсь.

— И как ты можешь его любить. Он же убийца?!

— А как можно любить вас? — смотрю, как он щурит и без того свои маленькие глаза.

Если бы знала, где сейчас Марат, то вмиг понеслась к нему, чтобы просто увидеть, обнять, почувствовать его теплоту.

— Ваше зрение, вас обманывает, — беру пропуск, покидаю его кабинет и быстрым шагом направляюсь к выходу.

Выхожу на улицу, вижу, как сгущаются сумерки. Понимаю, как быстро пролетел день. Чувствую голод. Вспоминаю, что хотела приготовить пасту. Достаю телефон и вижу несколько пропущенных звонков и смс от Журавлевой. Перед тем как встретится с Олесей в отделении, я поставила телефон на беззвучный режим.

Перезваниваю. Долго не берут трубку, но наконец-то на том конце провода слышу взволнованный голос врача. Он старается уйти от ответа, но мне все и так становится ясно. Сбрасываю, сажусь в авто, подаренное мне Андреем и, на всех парах мчусь снова в больницу.