— ..убить ее.

«Почему?» Она попыталась освободиться. Затем она услышала шум двигателя машины, заглушающий их голоса.

— Он хочет только удостовериться, что мы выполняем все обязательства этой сделки, — сказал голос, который показался ей знакомым.

— Все правильно, — ответил голос, который она сразу узнала.

«Но почему Джефри?» Слезы покатились у нее по щекам. Она стала крутиться и биться, пытаясь освободиться.

Приблизительно на полпути к горе Драдо, в пыли дороги, они увидели следы шин «джипа». Когда полковник понял, что они сменили направление и поехали между кустов виноградника, которые почти скрывали узкую тропу, он сказал:

— Они едут туда, куда мы и предполагали.

Нам повезло.

Достав из бардачка радиотелефон, он дал указания своим людям, которые уже заняли позиции. Дальше их дорога проходила по полю сахарного тростника, по перелеску и зарослям красных деревьев, пока машина неожиданно не уткнулась в ветви лианы, росшей поперек так называемой дороги.

Наконец растительность почти полностью забила дорогу, и им пришлось идти пешком. Полковник Монтерра и агенты Волкер и Морган проверили свои пистолеты. Дэвид был безоружным. Недолго думая, он сломал ветку от упавшего дерева. Они продвигались медленно. Пронзительные крики попугаев подтверждали свое присутствие, хотя их не было видно. Их окружали заросли бамбука, апельсиновые деревья с еще незрелыми плодами и огромные стволы платанов. В нескольких футах от них выскочила дикая свинья и сразу же исчезла под покровом плотных зарослей.

Монтерра шел, оставляя след от своих высоких кожаных ботинок с толстой подошвой. Через пятьдесят ярдов тропинка кончилась. Теперь они продирались сквозь сплошные заросли.

— Это место как раз с другой стороны холма, — сказал полковник Монтерра, а по своему радиотелефону сообщил:

— Я подойду и раскрою себя. Если они войдут со мной в контакт, оставайтесь на своих позициях до моего сигнала. Если же станут сопротивляться, вы знаете, что делать, — проинструктировал он своих людей.

Дэвид смог разглядеть два деревянных строения. Он рванулся вперед, но полковник его остановил, заставив лечь.

Мануэль Сиссаро и другой человек, в котором полковник узнал его брата, сидели на корточках около «джипа» и считали пачки денег. Джефри прислонился к «джипу» и спокойно чистил ногти. Еще один человек, которого они не заметили, стоял у двери хижины и метал нож в цель, вырезанную в тонком стволе кастильского дерева; молочные струи текли из порезов.

С заряженным пистолетом полковник вышел из укрытия и заявил:

— Я полковник Монтерра из военной полиции. Бросайте оружие и…

Не успел он закончить, как Мануэль Сиссаро достал пистолет. И, не успев сделать выстрела, был убит прямым попаданием в голову. За двадцать секунд воздух наполнился визгом пуль, затем смелые птички прервали образовавшуюся глухую тишину. Дэвид бросился вперед с палкой в руке и ворвался в лачугу.

Бретт лежала на кровати, истерично рыдая.

— Это я, Дэвид. Любимая, с тобой все в порядке? — говорил он, бережно развязывая ее. — Мы пришли, чтобы спасти тебя.

Он убрал мокрые волосы с ее лица, нежно поцеловал в лоб и поднял с кровати.

Бретт попыталась встать сама и обнять его за шею, но силы отказали ей.

— Дэвид… — прошептала она, теряя сознание.

— Положите ее в «джип», — сказал полковник. — Назад мы не пойдем пешком. Они все мертвы, за исключением его, да и он тоже плох.

Джефри лежал на голой, выжженной солнцем поляне. Красно-коричневое пятно алело на белоснежной рубашке, как значок. Волкер все еще с автоматическим пистолетом в руке подошел к нему, пощупал пульс на шее и повернулся, чтобы уйти.

— Подождите, вернитесь, — позвал Джефри. Волкер встал над ним, и Джефри сказал:

— Я должен вам сказать, почему я это сделал… Потому что у меня не будет другого времени.

Он вцепился в землю, царапая ее пальцами, словно удерживаясь от боли, разрывавшей его грудь.

— Свен Ларсен… вам надо взять Свена Ларсена. У меня есть пленки…

— Кто вы? — перебив, спросил Волкер.

— Ларе Холмунд… сын Карла Холмунда. Все это было для того… чтобы заставить Свена заплатить за то, что он сделал с моим отцом.

К этому времени подошли Морган и Монтерра и окружили Джефри.

— Были проекты. Он украл проекты… С кашлем и предыханием Джефри рассказал подробности падения Холмунда и своей мести за отца.

— И более того, Барбара, его собственная дочь, рассказала мне, что он убил ее мужа. Это все записано на пленке. Я никогда не хотел убивать Бретт. Она просто встала на моем пути.

Теперь кровь растеклась по всей его рубашке. Он был бледен, но впервые за все время умиротворенность появилась на его лице.