— А чего ты ожидал? У неё сердце разбито. Проклятье, Гай! Что, чёрт возьми, с вами такое, народ?

— Мы не люди, — ответил мужской голос.

— Не начинай, — сказала она. — Ты знаешь, что я имела в виду. Это отстой. Нужно это исправить.

— Я не могу, любовь моя. — Глубокий мужской голос напомнил о Мааксе. — Наши законы выстроены так, чтобы избежать любой возможности лазеек. В противном случае, законы бессмысленны; мои братья слишком коварные и хитрые, чтобы не использовать это в своих интересах.

— Моя очередь стоять на страже! — с энтузиазмом произнёс другой мужчина. Это Сентин?

— Я только что заступил, — сказал Брут. — Твоя очередь вечером. Вали.

— А ты заставь…

— Мальчики! — ответила женщина. — Вы оба уйдёте; и ведёте себя, как сумасшедшие и я уверена, что последнее, что нужно бедной Эшли, это пара диких щенков, шебуршащих у ног.

— Но…

— Прочь! — скомандовала она. — Я позову, если что-то понадобиться. Бах, Кьёк, вас это тоже касается!

Какое странное у одного имя.

Другой низкий голос прогремел:

— Вы слышали Эмму, убирайтесь. Не заставляйте меня повторять.

Ворчание и рычание просочились в комнату.

— О, слава богам, — сказала женщина, — я думала, они никогда не уйдут. Что на них нашло?

— Хрен поймёшь, — ответил глубокий голос. — Но Эшли, похоже, притягивает как магнит каждого холостяка в радиусе десяти миль. К счастью, мы в пустыне, иначе нас бы одолели.

— Что-то не так, — сказала она. — Я чувствую.

И Эшли чувствовала, хотя едва могла дышать. Как жизнь может быть такой жестокой? Наконец-то, она нашла причину снова поверить в неё, но только для того, чтобы у неё всё отняли. Почему она так глупо и безрассудно влюбилась в Маакса? Почему? Она не могла пройти через это снова. После смерти родителей последовали годы ада, просто чтоб начать функционировать, как нормальный человек. Хотя по-настоящему так и не оправилась от потери. Но потом Маакс дал ей крошечный проблеск того, кем она когда-то была и жизни, наполненной любовью. И так же быстро проблеск исчез. Она не могла снова столкнуться с этой болью.

В дверь негромко постучали.

— Эшли?

— Уходи!

Ох! Если бы только она могла ускорить время. Эшли просто хотела убраться подальше от этого места. Но после инцидента в отеле с Мааксом поняла, что у неё нет ни документов, ни кредитных карт, ни денег. Она взяла такси до этого дома и заняла денег у одного из охранников. Затем попросила его разыскать бухгалтера, чтобы получить доступ к своим средствам, и она могла бы поблагодарить его или её за то чудо, которое они сотворили с её деньгами за последние двадцать лет. Сентин, конечно, рад был помочь. В любом случае, её новая жизнь должна начаться только к вечеру, но её уже не будет.

Дверь открылась.

— Привет, Эшли. Я знаю, что ты не хочешь никого видеть, но я Эмма.

Сколько людей тут?

— Ты бог, вампир или кто-то другой? — Эшли высунула голову из-под подушки, чтобы взглянуть.

Женщина улыбнулась и слегка помахала рукой.

— Привет.

У неё длинные рыжие волосы и ярко-бирюзовые глаза. На вид около двадцати пяти.

— Я другая… по большей части человек. О, и я совершила путешествие на другую сторону, не на сторону мертвецов, а на сторону богов, поэтому у нас одинаковые глаза. И мы связаны с богами; я с парнем с иссиня-чёрными волосами, Вотаном. Но теперь его зовут Гай.

Эшли пришлось признать, что она заинтригована, но из-за тяжёлых мыслей, не особо желала общаться.

— Не хочу показаться грубой, но что тебе от меня нужно?

— Ну, — протянула Эмма, — мне бы хотелось думать о нас как о сёстрах. И сестры помогают друг другу.

Почему все стараются быть такими милыми и полезными!

— Мне не нужна помощь. Я хочу побыть одной, — проворчала Эшли.

— Ах. Вижу, ты такая же упрямая, как я. — Эмма схватила её за руку и сжала. — Но мы с тобой практически семья, Эшли. И я не уйду, пока ты не расскажешь, что случилось.

— Если расскажу, ты уйдёшь?

— Да, — честно ответила Эмма.

— Ладно. Он использовал меня, Эмма. Использовал. Его запирают навечно, и он, наплевав на меня — свою пару, что бы это на самом деле ни значило, даже не спорит. У него не хватило порядочности попрощаться. Он просто оставил меня в отеле. Мне пришлось вызвать такси, чтобы вернуться сюда.

Эмма сморщила нос.

— Ауч. Уверена? Ну, я не очень хорошо знаю Маакса, но все говорят, что он самый преданный и благородный из всей

компании. Я не могу ничего плохого сказать о Гае, моём женихе, но он чертовски подлый.

— Я уезжаю сегодня, — пробормотала Эшли. — Если увидишь Маакса, прошу, передай…

Она собиралась сказать, что «он мудак», но почему-то ей это показалось так по-детски. Он сказал, что любит её, использовал на одну ночь, а затем исчез. Показывать, как сильно он причинил ей боль, бессмысленно.

— Неважно.

— Я бы хотела, чтобы ты передумала, — сказала Эмма. — Даже если с ним ничего не получится, мы бы хотели узнать тебя поближе. Теперь ты одна из нас.