— Почему ты думаешь, что Эшли — Богиня Любви?

— Спросите вон у той мисс Незабудки. Эшли хорошенько её отшлёпала.

Все головы повернулись к Богине Забвения, которая была одета в короткое серебристо-металлическое платье без рукавов и белые сапоги танцовщиц, её светлые волосы в виде спиралей принцессы Леи закрывали уши.

— Да. Эшли ударила меня чем-то. Это было довольно приятно.

— Вот видишь! — Симил указала на него. Или на стул. Он не был уверен. — Она унаследовала твой дар любви. И как только научится правильно использовать силу — потому что мы все знаем, как легко любовь может выйти боком — ей суждено сделать много великих вещей для человечества. Лично я надеюсь, что она сможет превратить День святого Валентина в глобальный праздник. И переименует его в день плотских утех.

— Но у меня отняли силы, у меня их нет, — возразил Маакс.

Симил погрозила пальцем.

— У-у-у. Твои силы не были отняты. Мы просто их заблокировали, но они остались внутри тебя.

— Но я не Бог Любви, никогда им не был. Я — Бог Истины, — возразил Маакс.

— Серьёзно? — Симил улыбнулась. — Подумай хорошенько, Маакс. Неужели истина заставляла тебя снова и снова приходить нам на помощь? Или нарушить законы, чтобы помочь нам, а потом понести наказание? Неужели правда заставила тебя поклясться Фейт, хранить её ложь в секрете? Нет. Это из-за любви, Маакс, твоей любви к братьям и сёстрам. Истина просто ещё один способ выражения твоей любви. Быть честным, держать слово — всё это признаки любви. Как только ты потерял любовь, начал лгать, как дьявол.

— Как дьявол? Я лишь однажды солгал, — запротестовал он.

— И нарушил данное мне обещание! — рявкнула Фейт.

— Заткнись, Фейт, — бросила Пенелопа. — Или называть тебя Фальшивкой?

— Я не фальшивка, просто… — Она вздохнула и опустилась в кресло. — Просто не такая, как ты.

— Значит, это правда, — сказала Пенелопа.

— У меня были силы, — сказала Фейт, — в самом начале, но потом они исчезли. Не знаю почему, и не знаю, что сделала, — простонала она. — И вот вы, все вы, жаловались на свою жизнь, на то, как тяжело быть Богиней Самоубийства или Богом Смерти и Войны. Бла-бла-бла. Вы все — кучка испорченных гнилых божеств. У вас есть всё. У некоторых из вас даже друзья и дети. — Она указала на Эшли. — А теперь эта маленькая сучка обладает даром любви! Я вас всех ненавижу! Я желаю всем вам только смерти и страданий!

— Разве страдание не должно идти перед смертью? Очень тяжело страдать после смерти. — Вмешалась Симил.

— Симил! — закричал Маакс. — Замолчи!

Симил съёжилась в кресле, скрестив руки на груди.

— Я спасла твою задницу и это твоя благодарность?

Маакс повернулся к Эшли, которая выглядела так, словно в любой момент могла упасть в обморок.

— Эшли? Можешь ли ты сказать, правда ли это? У тебя мой дар?

Великолепные бирюзовые глаза Эшли, казалось, светились на фоне смуглой кожи и диких тёмных кудрей, ниспадающих на плечи.

— Я… не знаю. Ну, я не знала, что стулья могут говорить, не говоря уже о магической силе любви.

Маакс едва удержался от смеха.

— Ты думаешь, я — стул?

Эшли пожала плечами.

— А разве нет?

Он встал, подошёл к ней, а затем коснулся её руки. Эшли взвизгнула и вскочила, отползая назад.

— Что это было, чёрт возьми?

— Эшли, — сказала Пенелопа, — это Маакс. Он невидим.

Тяжело дыша, Эшли опустила голову и закрыла глаза. Прошло несколько мгновений молчания, пока все ждали её ответа. Действительно ли она обладала даром любви?

Тело Эшли затряслось, и она рассмеялась, глядя в небо.

— Ну, слава богу, что так. Я знаю, что поехала головой, но действительно волновалась, когда все говорили, что моя пара — стул.

Маакс мягко коснулся её руки.

— Нет, дорогая моя. Я не стул. Тупая задница — да, стул — нет. А ты для меня — всё.

Глаза Эшли метались из стороны в сторону. Очевидно, это её подавляло.

— Пенелопа, — сказал Маакс, — почему бы тебе не провести голосование сейчас, чтобы мы с Эшли могли уйти?

Пенелопа посмотрела на, сидящих вдоль стола, богов.

— Конечно. Как только Фальшивку уберут в камеру предварительного заключения.

Солдаты Учбен подошли к Фейт, и она тихо ушла. Возможно, Фейт устала прятаться. Возможно, замышляла месть. Кто знал? Но пришло время раскрыть правду. Маакс хранил её тайну тысячи лет. Всё потому, что он жалел и любил Фейт. Она — его семья, но пора смириться со своей судьбой и повзрослеть. Так же, как пришло время для него самого и других божеств. Но взрослеть трудно, когда всё преподносится тебе на блюдечке с голубой каёмочкой. Богам, включая его самого, нужна причина, чтобы развиваться, причина стать лучше. Его причиной была Эшли.

Пенелопа снова села и усмехнулась.

— Я даже не знаю, с чего начать.

— Начни с самого начала, Пенелопа, — ласково сказал Кинич и обнял её за плечи. — Мы должны изменить законы, как ты и сказала.

Она торжествующе просияла.

— Верно.

Пенелопа проголосовала за изменение правил, которые регулировали изменение их священных законов. Единогласное голосование всех четырнадцати богов больше не требовалось. Эшли четырнадцатым голосом одобрила это изменение. Затем отменили запрет на путешествия во времени, особенно для Маакса. Он станет их официальным проводником — Хранителем Путешествий во времени, хотя миссии нужно будет одобрять большинством голосов.