Ноги генерала сжались в конвульсиях, свет озарил тело демона изнутри, демонстрируя все внутренние органы и скелет его физического воплощения. Рот открылся в беззвучном крике, глаза закатились, и Верен завалился на спину, держась за своё размазанное достоинство. Полежав несколько секунд, тело начало гореть и разваливаться на дымящиеся кусочки.

— Какой идиот догадался приделать им причиндалы? Они нас завоёвывать пришли или что? — со смешком я облокотился на тут же начавшую трещать по швам стену: — Мать-перемать!

Расслабиться не вышло — весь дом мог вот-вот обрушиться. Я-то может и могу сейчас подобное пережить, но вот Анастасию Николаевну обломки размажут, словно варёную картофелину.

В два прыжка пролетев по лестнице, я схватил всё ещё лежащую без сознания княжну и, придерживая её одной рукой, устремился к выходу. Успел в последние секунды. Разбитая демоническим генералом стена не выдержала давящей на неё сверху башни и обрушилась. Вся конструкция с грохотом осела и развалилась, обдавая округу крошкой из кирпича, дерева и бетона.

Только завёл машину и сдал назад, как кусок балкона вонзился ровно в то место, где мой «Коррадо» был несколько секунд назад. По лобовому стеклу забарабанили мелкие осколки. Лихой разворот — и вот я уже на дороге, помчался назад к дому Булычевых.

Демоны злобно сверкали глазами. Они точно бы порывались перекрыть мне дорогу, в отличие от прошлого раза, когда я ехал прямиком в засаду. Но страх перед тем, кто выбрался живым из боя с генералом, не подпускал их ко мне ближе чем на десяток метров. Им оставалось только злобно шипеть и реветь вслед уезжающему автомобилю.

На пассажирском сидении медленно приходила в себя княжна. Сперва едва сумела приоткрыть глаза, толком не понимая, где находится. После чего вцепилась в кресло и посмотрела на меня.

— Живая? Очень хорошо, — девушка стала слабо трепыхаться, пытаясь осмотреться: — Не бойся, я с ними разобрался.

— К-куда мы едем?.. — едва слышно спросила Анастасия Николаевна. Голос дрожал. Она словно боялась глубоко вдохнуть — вместо этого дышала часто-часто, как напуганный до смерти заяц.

— К Булычевым. Там безопасно, в каком-то роде. По крайней мере так было, когда я уезжал.

Княжна улыбнулась одними уголками губ, отвечая на мою довольную ухмылку. Вроде с ней всё хорошо. Хоть и пришлось пережить шок от нападения и плена демонов. Крепкая девушка. Оставалось надеяться, что она быстро сориентируется и возьмёт управление сопротивлением на Смоленщины в свои руки.

Впереди уже была видна дорога к особняку со всеми укреплениями и военными, что на ней расположились. Через несколько секунд мы оба смогли вздохнуть спокойно.

Палец вдавил спусковой крючок. Автомат в руках ответил очередью из трёх пуль, вонзившихся спустя секунду в грудь и голову нетвёрдо стоящему на согнутых внутрь ногах телу, облачённому в порванный камуфляж. Удар обёрнутого в медь свинца уронил залитого кровью человека на асфальт. Полежав недвижно несколько секунд, он вновь зашевелился и начал пытаться встать.

Наблюдающий за результатом своей меткой короткой очереди через оптический прицел Андрей Ронин с натугой выдохнул:

— Вот ведь су… сволочь, гм. Встают они, бл… ин, сколько не стреляй.

— А по головам пробовали стрелять? — спросила стоящая рядом Екатерина Николаевна. С ней, столь важной персоной, дочкой самого графа Булычева, старому военному приходилось удерживать свои эмоциональные порывы и подбирать выражения.

— Так только по ним и стреляю, Ваше Сиятельство. Им вообще по… кхм, хоть бы хны.

— А если разнести голову на куски?

— Бесполезно. Все мозги уже давно на асфальте, а этот му… жик всё равно встаёт. Похоже, их либо сжигать нужно, либо на фарш пускать.

— Хорошо… так и передам. Но вы попробуйте ещё, вдруг у них есть какие-то слабые места, — Булычева, посмотрев в бинокль на оживающего после очередной смерти зомби, резко выдохнула. Она не раздумывая могла начать расстреливать демонов, но на бывших когда-то людьми у неё просто не поднималась рука.

Девушка направилась в особняк, а старший Ронин продолжил лежать на своей позиции. Он знал, что на укреплениях от него больше толку, чем где-либо ещё. Опыт войн внутри Российской Империи и за её пределами помогал в меткой и уверенной стрельбе по противнику, но никак не мог пригодиться в решении каких-то стратегических проблем. Кроме всего этого, на позициях ощущался недостаток офицеров. Военная колонна сильно пострадала во время засады, и нападавшие знали, куда им бить в первую очередь.