— Что случилось? — потрясла рукой Анастасия. — Говорите без утайки. Я слишком устала и больна устраивать диверсии.

Мужчина уже смотрел видео. Девушка расстегнулась и пошла к нему. Но путь ей преградили.

— Да уйдите уже. У меня кроме одежды и тела нет ничего, — ударила по ладони и подсела к главному. На экране планшета в живом формате начинались зверства.

— Смотрите, эта принцесса по какой-то далёкой линии Великобритании. Какая она некрасивая! — схватил за подбородок женщину сорока лет. Эта была просторная комната с цепями повсюду, всюду слышались стоны, плачи. Человек, вытворявший это, скрывал себя за одеждой, находясь и при шлеме, и в перчатках.

— Это не тот американец, — пояснила она. — Посмотрите на его позу, у него руки за спиной, как у уголовника, отсидевшего лет тридцать, — показала на того, кто был в кадре и того, кто говорил. — Возможно, он на меня нападал недавно.

Девушка говорила вкрадчиво и спокойно, пока человек в шлеме называл причины похищения и условия, по которым люди будут живыми.

— Пусть все главы стран сложат полномочия, — главное из них, — и подпишут легальный договор об объединении границ, населения, установления одной государственности и языка. Мы даже документ составили, иначе, — и кто-то за камерой мгновенно выстрелил в женщину, прямиком в лоб.

Анастасия посинела, вспомнив прошлое. Пальцы схватили подлокотник и стали драть. Она вытянулась по струнке и была готова сжечь всех.

— Но, если вы считаете, что мы блефуем, попытаемся разуверить. Каждые сутки будут умирать по десять человек. Через семь дней по пятнадцать. Через четырнадцать, а, сами, посчитайте!

Камеру развернули. В стороне на корточках сидели остальные принц и принцессы. Люди американца подняли их головы и пустили пули. Глядящие трансляцию загудели от злости и боли. Они кидали взгляд на отопревшую Анастасию, связанную со всеми этим делами и ставшую чуть ли ни секретным оружием.

— Нужно было его отравить! — прорычала она. — Осталось пять человек.

— Пять? — переспросил тот, что стоял над ней.

— Они сказали, будут убивать по десять. Осталось пять.

— Обычно, — в кадре появился прежний в шлеме, — люди не догоняют о положении дел, пока не гибнут дети, но мы исправим эту ситуацию.

И как предсказывала Анастасия, камеру вновь развернули. А также расстреливали десятилетних детей из автоматов. Безжалостно. Трансляция кончилась. На экране высветился адрес облака, в котором содержались файл с условиями террористов.

Анастасия шумно выдохнула, встала с сидения и неровной походкой упала на своё место, прикрыв лицо рукой. Она видела себя на этих кадрах. Видела себя стоящую на балконе. Видела себя, когда позволила избить и ограбить. Эти дети лежали тяжким грузом на её умершей совести.

В самолёте настало молчание. Мужчины, увидевшие казнь собственными глазами, не знали, как заговорить, потребовать объяснений. Они могли кинуться на неё, придушить или сказать, что её ждёт тюрьма или смертная казнь, однако теперь их связывало не только задание президента и её преступления, но и общая трагедия.

— Найдите, откуда были сворованы боеприпасы. Какая-то база может объявить. Может, её захватили… Будьте осторожны. — просипела девушка после пары минут молчания. — Чёрт! — закричала и забилась в истеричных конвульсиях. — Чёрт! — и стала драть на себе волосы. — Чёрт… — в третий раз выругалась и вспомнила о майоре. И о последствиях. — Если он улетел, всё пропало. Но я не могу использовать ноутбук! — она то начинала кричать, то замолкала, обдумывая планы. — Майор…

***

Когда всё пошло другой дорогой? Когда они попали в ловушку?

По странам объявляли военное положение. Закрывались границы. Созывались совещания.

Майор стоял по центру Токио, озирался по сторонам и не мог найти Анастасии. Он отсутствовал больше суток, всего, но… она исчезла. Пропала, и он не знал, где она, что с ней или жива, нет. Он озирался по сторонам и ничего не знал. Без ключей. Без помощи. Преступница для всех стран. Её могли тихо найти ликвидировать. Тогда… открыть бой?

Он раскрыл карту и взглянул на неё. На карте всего четыре точки, но десять ключей у американца, а значит, если даже заберёт эти четыре, останутся ещё с десяток, неизвестно где. По главным экранам Японии крутили ролики. Люди смотрели на них, переживали, падали в обморок. Повсюду хаос.

Человек не справился с дарованной ему силой.

Мужчина переместился на остров и пошёл прямиком к шаттлу.

— Мертва или жива, но я должен это остановить. Поэтому, будь лучше живой, — прошептал, отрываясь от земли. Натянул штурвал и вырвался в открытый космос.

***

Шёл пятый час полёта. Анастасия дремала и вслушивалась в тихие разговоры между командой. Ничего хорошего не обсуждали. Обвиняли и её, и говорили, что она сообщница, спорили насчёт волшебных сил и существование супергероев. И о расстреле. Следили за новостями, передавали данные с земли на небо.