— Идея с браслетом замечательная! — воскликнула мать Яры и уже через день купила дорогой фитнес-браслет с трекером слежения. — Теперь вы сможете гулять, а я наблюдать за вами!

Ей нравилась новая няня. Более смелая; даже делала вид, что ей не всё равно на Яну. Не переставала говорить о положительных сторонах прогулки.

Долго Алёна уговаривала девушку на прогулку по бульвару. Готовила вкусную еду, играла роль шута, а после даже её одевала. Девушка раздражала, но терпение женщины было закалено железным деспотизмом Анастасии, не щадящего никого. Ребёнок долго поддавался уговорам не только из-за эго, больше из-за страха перед письмом, в котором была повторена фраза, что появилась на балконе. Она вновь не спала, сжималась в комок, думала, кто это мог быть. Даже Алёну стала подозревать, но всё это было нереальным.

Бывшая гимнастка долго стояла под кронами деревьев, наслаждая шумом деревьев. Она гуляла здесь, видела Хабаровск с птичьего полёта. Город казался ещё более роскошным, особенно, сравнивая его с Уссурийском, где она раньше проживала. Она изучала его, пока боролась с преступностью, оказывалась на вершинах и наблюдала за миром. Подросток был всюду, от южного до северного районов, пересекал железнодорожные пути, гулял и чувствовал себя свободным. Больше всего ей нравился просторный Северный парк с греческими статуями и каскадом из трёх прудов. Там и там можно было словить умиротворение, увидеть радостных молодожёнов, яркие салюты, как истинное наслаждение для глаз, посмотреть на крошечный, но уютный хабаровский Диснейленд, с его рыцарским замком, ареной, где проводились различные мероприятия. Подросток частенько сидел на ветках и наблюдал за неспешной жизнью, а после пулей летел через весь город, в свою тёплую кровать.

Сейчас новая нянька держала её за руку, направляла, говорила всякие глупости; они оказались на улице. И вдруг в сотнях шагах Яра расслышала один. Почти железный. Он был ровным, тяжёлым, слегка мужским. Они пересеклись, и в воздухе застыли слова: «Мы уже рядом», и шаги оказались позади. Яра резко обернулась, крикнула назад, но была одёрнута улыбающейся женщиной, глядящей в сторону Анастасии, решившей вступить в игру.

— Ты слышала?

— Что именно?

— Мы уже рядом.

— Нет.

— Нет?! — взвизгнула она, отстранилась и упала в клумбу, в которую ещё не высадили цветы. Со всех сторон послышался смех.

— Как вы так умудрились? Не стоит, — подлетела к ней Алёна, убрав с лица улыбку.

***

— Мам, давай переедем в другой город? — подошла к матери Яра, схватив её за локоть.

— Что случилось?

— Просто… просто мне не нравится этот город! Давай уедем! Хотя бы во Владивосток. Лучше в Москву, да!

— А не много ли ты хочешь? Я только недавно стала работать. Милая, — обняла дочь бедная женщина и принялась гладить по головке, — я знаю, тебе тяжело, друзей нет, но всё может измениться. Нужно только сделать шаг вперёд.

— Ты не понимаешь! — девушка вновь оттолкнула мать. — Ты ничего не понимаешь! — крикнула она безобразным тоном. — Ты никогда ничего не понимаешь! — и убежала в комнату, оставив жалкую измученную женщину. Лампочки на кухне подозрительно замигали.

***

— Сила — это ответственность, — Яра в ужасе тянула руку к сундучку, что с тихим грохотом был скинут с постели в страхе. Всё в комнате искрилось, шепелявило. Языки тока пели фразы, сводили с ума, приводили ребёнка в безумие. — Ты не должна так просто использовать дарованную тебе силу. Ты не должна раскрывать себя. Как только повернёшь ключ — будешь в смертельной опасности. Если ты не готова к ней, струсишь, лучше добровольно отдай его, положив на внешний блок кондиционера. Лучше быть слепой, чем убитой в сражении за ключ. Если же ты так безумна, амбициозна и верна не только принципам, а принципам группы, прими форму. И встань во весь рот у окна, чтобы мы заметили тебя. Если решишь использовать третий выход, ты насильно лишишься ключа. У тебя только два. Дай ответ тридцатого мая.

Ток говорил с ней. Ток пел ей. Угрожал. Окутывал. Яра так и не дотянулась до своего оберега.

— Значит, это вы всё спланировали? — мелкая девчушка расхохоталась, расслышав в салоне автомобиле знакомые голоса.

— Да, — ответила вместо Алёны Анастасия, не отвлекаясь от программирования. Она взламывала браслет со слежением, переносила данные в сторону лагеря, где должны были проходить двухдневные курсы для слабовидящих людей. Они воспользовались этим как предлог, подготовили левые документы, обманули всех и вся, а сами добровольно вывезли подростка, пожелавшего вступить на опасную дорогу.

— Не боитесь раскрытия? Я могу сказать, что меня похитили! — мелкая, но острая на язык и заявления повернула голову в сторону сказавшей. Металлический голос незнакомки привлекал особое внимание, та была слишком немногословна, пугающая. Услышав этот голос в парке, долго не могла прийти в себя, а что говорить про электрические скрежет, из-за готовых чуть жизни не лишилась. Подросток был зол, желал объяснений. Дрожа от неизвестности, прокручивал в голове электрический монолог раз за разом.

— Кто тебе поверит, если у тебя не будет ключа? И не надо щупать его в нижнем белье. Я намного сильней тебя, — привычно усмехнулась Анастасия, показывая дьявола через свою бледную маску. — Ты слишком молода, однако для героев нет возрастов, так?

— Значит, ты старше?

— Ненамного. Однако это неважно.

— Куда мы едем?

— Тебе не обязательно знать.

— На вашу секретную базу? У вас орден такой?

— Хорошо сказанула, — улыбнулась Алёна, посматривая на двоих через зеркало. — Когда не истерит, говорит умные вещи.

— Она просто смелая.

— Разве это плохо? — взглянула на уже хмурую Анастасию, переменившуюся в лице, услышав слова «база» и «орден».

— На твою безбашенность авария повлияла? — в этот миг Алёне показалось, что её работодательница не человек. Она не имела снисхождения и к подросткам, что также напрягало в характере молодой предпринимательницы.