— Скажи мне, Скай Ровер, — с грустью произнесла Кьяра, — вчера ты мне сказал, что жизнь, это самый главный дар. Тогда почему ты так часто отбираешь этот дар у других?

— Ну, если они попали в такую ситуацию, значит — они ещё не осознали, что жизнь, это богатство, которое нужно беречь, — ответил он на сей раз довольно дерзко. — Мирных жителей я не убиваю, смею заметить, — съязвил скворанин, по-прежнему не глядя на девушку, — Только придурков, которые сами напрашиваются.

— А как же, вот так всё просто! — Кьяра нервничала, даже не пытаясь этого скрывать. Одна догадка не давала ей покоя. И она всё-таки произнесла это вслух:

— Там полно патрулей. Система Зен уже всплывала в полученной нами информации. Ты хочешь, чтобы я издалека посмотрела на … Тома?

— Хм, догадливая ты моя, — усмехнулся Ровер, раздраженно качнув головой. — Нужно было всё-таки завязать тебе глаза, интрига бы тянулась дольше.

— Зачем? Зачем тебе это нужно, Скай?! Ты извращенец? Маньяк? Ты хочешь меня подольше помучить?!

— Вовсе нет, — пожал он плечами. — Держи, это рация. Думаю, она тебе пригодится. А теперь, я очень советую тебе помолчать! — и он посмотрел на неё таким взглядом, что у Кьяры моментально пропало всякое желание разговаривать с ним.

Он посадил шлюпку в поле. Надев солнцезащитные очки, куртку с длинным рукавом и капюшоном, замазав видимые участки кожи каким-то кремом, моментально маскирующим тату, Ровер выбрался наружу.

Шли молча. Чем ближе они были к поселению, тем сильнее становилось ощущение тяжести. Роверу даже больно было разговаривать, а Кьяре … дышать. Вскоре им стали попадаться люди, к счастью, пока не разглядевшие в статной фигуре Ровере скворанина.

— Возьми меня под руку и улыбайся! — бросил он ей, сухим приказным тоном.

Под руку она его взяла, а вот улыбаться не смогла.

Возле каких-то построек Ровер прислонился к стене, коснувшись своего устройства за ухом. Мгновенно перед ним возник голограммный экран, разбитый на сложно спектральные сегменты, но Ровер очень ловко с ним управлялся, быстро вводя данные и считывая информацию.

— Это точно судьба Колючка, — наконец, проговорил он, внимательно следя за экраном. — Твой ненаглядный здесь, в главном поселении. Сейчас посмотрим, где именно и устроим ему сюрприз. Ага, на площади. Пошли! И сделай лицо попроще, на тебя уже начинают подозрительно коситься!

— Я не хочу этого! Я никуда не пойду! — вдруг взорвалась Кьяра, остановившись, как вкопанная. — Скай, пожалуйста, давай вернёмся.

— Нет, ты пойдешь! Поговоришь с ним. Определишься! Попытаешься разглядеть ваши с ним якобы чувства! — на неё метнулся упрямый взгляд из-под приподнятых очков, с пульсирующими тройничными зрачками. — Я в который раз хочу дать тебе выбор, Кьяра. Если захочешь, можешь остаться среди своих, а можешь вернуться со мной. Но если ты всё же решишься уйти со мной, то ты должна четко себе уяснить, что вернёшься ты уже моей!

— Что?! Погоди, … я не поняла, — опешила девушка. — Ты отпускаешь меня?! — её глаза снова стали огромными. — Я могу больше не увидеть тебя?!

— Включи рацию. Скажешь мне пару слов на прощание, а может, позовешь, как знать! — процедил он, схватив её за руку и потащив за собой чуть ли не волоком.

Она включилась в реальность уже на площади, когда Ровер, с помощью своего устройства, каким-то образом подсоединившись к военной базе, отдал приказ патрульным рассредоточиться по периметру, избавляя тем самым Тома от присутствия его напарника.

— Иди к нему! — бросил ей Ровер, исчезая в толпе.

Кьяра стояла, как заторможенная. Она ясно видела фигуру Тома, его спокойное сосредоточенное лицо, и эту собранность в походке, присущую военным. Он приближался. Шел просто на неё. Застывшая девушка, среди снующей веселившейся толпы привлекла его внимание.

— Кьяра!!! — со всех ног кинулся он к ней. — Не могу поверить! Кьяра это ты?! — в его выразительных карих глазах мелькнула тревога. Он схватил её за плечи, заглядывая в лицо. — Тебе удалось освободиться? Как давно ты здесь?

— Недавно, — будто потерянная выдавила Кьяра, вглядываясь в лицо парню, которого она так любила или думала, что любит. — Почему ты не спрашиваешь, как у меня дела, Том? И почему я всё ещё жива?

— Я знаю одно — ты вырвалась от скворан, и мы обязаны, в как можно более сжатые сроки, доложить об этом старшему офицеру патрулирующего в этом квадрате подразделения. Скажешь, что тебя держали в плену, лишив любой возможности действовать по уставу! Если акцентировать на этом внимание — военный трибунал сделает поправку на снисхождение в своем решении! — твёрдо отчеканил Том с самым серьёзным видом.