– Ты боишься, - внезапно произнёс он.

– Как ты догадался? – насмешливо всплеснула руками я.
– Моя жизнь провалилась в какую-то яму, из которой я никак не могу выбраться. Моя мать не считается с моим мнением и моими желаниями, мне прислуживала опасная ведьма, моей смерти тут же захочет императрица Арцины, едва только узнает, кто я и где я. Какие уж тут поводы бояться…

– Мы этого не допустим, - он подсел ближе и, не спрашивая разрешения, обнял. Стало немного легче. – Адриан… подозреваю, у него серьёзные намерения насчет тебя, - голос Герарда прозвучал даже немного недовольно.

– Даже будь это правдой, вряд ли обрадовало бы меня, - попыталась всё свести к шутке я, - посмотри, что случилось с Иветтой.

– Ты плохо знаешь Адриана, - заметил Герард, заправляя прядь волос мне за ухо, - что-то в тебе его зацепило, а если такое случается, то его не остановить. Только вот знаешь что? – прошептал он.

– Что? – едва слышно ответил я. Его близость действовала на меня, как добрая порция алкоголя.

– Адриан, получается, плохо знает меня…

Его поцелуй был совсем не нежен, а наоборот: требовательным, напористым. Я не выдержала такого натиска и оказалась повалена на кровать; Герард всё это время не разрывал поцелуя, развязывая шнурок на боку моего платья.

В какой-то момент он поднялся и махнул рукой на дверь: на неё тут же легла прозрачная магическая печать. Сразу же после этого он сбросил камзол и одним движением сорвал рубашку.

– Он ведь твой друг, - я внимательно наблюдала за парнем.

– А ты – моя женщина, - строго отрубил он.

– Я не давала своего согласия на это! – возмутилась я.

– Я стал твоим первым мужчиной. Мы связаны, София.

И с этим было сложно не согласиться.

58

Мы целовались под шелест снимаемых одежд: Герард вёл себя одновременно настойчиво и нежно. Эти два качества соединились в нём идеально, разжигая огонь, которые невозможно было погасить, и который не хотелось гасить. Казалось, эта страсть может сжечь меня, но сопротивлению не было места в моей душе.

Я чувствовала Герарда. Отчаянно хотела его каждой клеткой тела. Он пылал не меньше моего, и в какой-то момент я заметила, что он нарочно растягивает удовольствие: медленно подцепляет пальцами резинку чулка, запечатлевает показательно целомудренные поцелуи на шее.

Это было издевательство чистой воды; это было не то, что мне было нужно. Я выгибалась от чудовищного желания, затмившего разум, сходила с ума от его мужественной, грубой привлекательности: под ярким светом луны на его животе блестели изгибы мышц; волосы были растрёпаны. Каждый последующий поцелуй был ещё более жадным, чем предыдущий, но он так и не спешил переходить к более решительным действиям.

Были моменты, когда я не выдерживала этого напряжения и просила:

– Пожалуйста…. Пожалуйста, Герард, я больше не могу терпеть…

Но он был неумолим, и дразнил меня ещё больше, ещё страстнее. Безжалостно ласкал мою грудь, покрывал тело поцелуями и сам держался, отчаянно терпел, жестоко доводя меня до исступления.

Когда мои стоны превратились в жалкие попискивания, я с облегчением заметила, что он перебирается ко мне между ног. Но и тут он не стал сразу давать мне то, что я хотела, хотя альтернатива, которую он предложил, была отлична и отчаянно сладка.

Когда Герард стал ласкать меня языком, мне показалось, что внутри что-то взорвалось. Я хватала скомканные простыни и задыхалась от невыносимого наслаждения, которое с каждой секундой только росло. Его руки легко касались моих грудей, язык, казалось, двигался всё быстрее, и таким образом я дошла до финала гораздо быстрее, чем хотелось бы. Несколько мощных волн удовольствия накрыли, как цунами; тело свело в приятной судороге.

Герард определённо был тем, кого заполучить, как своего первого мужчину, было невероятным везением.

Он прилег рядом, не приступая дальше, этим же давая мне остыть от оргазма. Я сладко потянулась, и он легонько подул мне на живот. Я улыбнулась.

– Было неплохо, - с ехидной ухмылкой заметила я.

– Неплохо? – поднял бровь Герард. Несмотря на мою оценку, его лицо выглядело максимально довольным.

– Снимаю балл за мучительную прелюдию.

– Обычно женщинам именно она сносит крышу.

– Что же… Я, получается, не женщина?

Взгляд Герарда хищно потемнел.

– Определённо, женщина, - его голос звучал хрипло, он тут же склонился надо мной и в поцелуе укусил за губу.

Второй заход был гораздо более пламенным и менее мучительным. Герард очень точно чувствовал моё настроение и мои желания, потому эта вспышка страсти почти мгновенно переросла в безумный, животный секс. Его проникновение было быстрым, и вначале я вскрикнула, но скорее от неожиданности, а не от боли. Определённо не от боли. Герард даже не подумал притормозить. Было видно, как прикрылись от удовольствия его глаза, сжались губы. Он вбивался в меня с силой, и каждый его толчок отзывался внизу живота новой порцией наслаждения, от которого я очень скоро стала изнемогать, и единственное, на что меня хватило – это приподняться на локтях и затуманенным взглядом смотреть туда, где соединялись наши разгоряченные тела.