Хоггарт снова завел машину:

– А почему ты решил, что он спятил?

– Кто?

– Табб.

– Потому что он привез клюшки для гольфа, - ответил Тим.
– Разве человек в здравом уме потащит с собой клюшки в такое место? Всем известно, что Скуа - дикий, заброшенный остров, где только один городишко и нет благоустроенных дорог. Откуда же здесь взяться площадкам для гольфа?

– Отчего же всем? Он явно об этом понятия не имел.

– В этом весь фокус.
– Тим нахмурился, пытаясь соединить мелькавшие в уме отдельные мысли...
– Он ведь купил их специально для того, чтобы хорошо отдохнуть. И уж если человек потратил время на то, чтобы купить новенькие клюшки, он непременно постарается выяснить, есть ли там, куда он едет, подходящие лужайки. Тебя это вообще не заинтересовало?

Хоггарт в оправдание признался:

– Вообще-то, до тех пор, пока ты не сказал... Прости, Тим, но я все время думал об орхидеях, все время высматривал их и в данный момент занимаюсь тем же самым. Оставив машину на дороге, они двинулись по торфянику к лощине. На дальнем ее конце, защищенном утесом, стоял полуразрушенный небольшой фермерский дом. Почерневшие стены без крыши и с зияющей дырой на месте, где располагалась дверь.

Отправившийся на разведку Тим наткнулся на остатки железной кровати, что валялась в траве среди овечьего помета.

Это был уже четвертый брошенный дом, который им попался на пути с тех пор, как они тронулись утром в путь.

– А где же люди?
– недоуменно озираясь, спросил мальчик у своего отца, который тем временем достал нужные инструменты из рюкзака и принялся выкапывать мох и укладывать образцы в специальные коробки.

– Депопуляция, - Хоггарт взглянул на сына, вздохнул и, прервав работу, объяснил подробнее: - Земля очень скудная, и люди живут бедно. Их дети стремятся к лучшей жизни и уезжают отсюда. А когда их родители, состарившись, умирают, не находится никого, кто стал бы приглядывать за фермой. А иной раз уезжают сразу семьями - на материк или в Америку...

Сначала Тим решил, что Скуа - самое прекрасное из всех виденных им прежде мест, но сейчас почувствовал ощущение заброшенности и отдаленности от остального мира.

Отец улыбнулся:

– Мы пришли сюда за орхидеями, ты не забыл?

Они искали черную орхидею - как называл этот вид Хоггарт, описывая нужное растение, чтобы не забивать сыну голову длинным латинским названием. И еще добавил, что черная орхидея - чрезвычайно редкое растение, что ее удалось найти лишь в очень отдаленной части Скандинавии. И что на самом деле ее лепестки, конечно, не черные, а, скорее всего, бордового или темнолилового цвета.

Они искали ее все утро. Им попалась только бледно-розовая дикая орхидея - невероятно маленькая и изящная. И все. Хоггарт мог бы рыскать хоть целый день, но ближе к обеду решил, что Тим уже притомился. Очистив от земли инструменты и положив образцы в коробки, они устроились на краю обрыва. Жевали сэндвичи и смотрели на море.

Внизу волны бились о камни. И звук, который доносился до них, был глуховатый, словно стреляли из пушки.

– Где-то там, внизу, - пещера, - сказал Тим и, достав карту, прочертил прямую линию от тоненькой ниточки дороги, по которой они ехали, к тому месту, где они сидели, и победно ткнул пальцем в выступающий мыс.

– Вот видишь, пещеры, - закричал он.
– Посмотри, это место называется Пещерный мыс.

– Это где-то далеко внизу, - Хоггарт лег на живот и свесил голову. Совершенно отвесная стена. Здесь не пройти. Даже горным козам.

– Тут должен быть какой-то желоб, - проговорил Тим, внимательно разглядывая карту.
– А на самом его конце - пещера колдуньи. Отсюда до нее приблизительно миля.

– Только в книгах пещеры кажутся такими привлекательными, - попытался остудить его пыл отец.
– В жизни они вызывают только разочарование. Душно, валяются трупы погибших овец, вонь стоит невыносимая ...

Но Тим уже вскочил на ноги и закинул рюкзак за спину. Отец встал и двинулся за ним следом. Они обогнули вершину утеса. Ветер дул им в лицо. Чайки кричали над их головами. Тим не ошибся в своих расчетах. Они прошли по желобу около пятисот ярдов, как вдруг земля разверзлась под ногами.

Обрыв с травянистыми склонами круто уходил вниз между скалами. Оттуда слышался шум воды.

– Опасно, - сказал Хоггарт.

– Если боишься, можешь оставаться здесь, - доброжелательно предложил Тим, сел и скользнул вниз.

Отец тотчас последовал за ним. Желоб сделал крутой поворот и вывел их на поросший травой уступ возле водопада. Поток, прихотливо извиваясь меж камней, собирался сначала в неглубокую прозрачную запруду, а оттуда с грохотом обрушивался вниз.

– Как тут хорошо, - с надеждой в голосе проговорил Хоггарт. Но Тим уже исчез, скользнув дальше.

– По этой стороне водопада можно спуститься, - крикнул он. И его голос подхватило эхо, отраженное скалами.

Хоггарт тяжело вздохнул и последовал за сыном.