Мать с растерянным видом посмотрела на Тима. Тот пожал плечами. Что можно поделать с глупыми взрослыми людьми, которые выражают жалость Джейн?

– К тому времени, когда вы вернетесь, она уже не станет так тебя называть, - пообещал он.
– Ты станешь маленьким отвратительным чудовищем. Мама, а когда вертолет прилетит?

Джейн спрыгнула с постели:

– Он уже летит, - воскликнула она.
– Я слышу...

Миссис Хоггарт поцеловала их на прощание и открыла окно перед уходом. Один смотрел, другая слушала, как вертолет, рокоча, приземлился, стукнувшись колесами о твердый грунт посадочной площадки. Из отеля на носилках вынесли Хоггарта, все еще находившегося в бессознательном состоянии.

Кто-то еще был в комнате

Когда миссис Тарбутт - добрая, чувствительная женщина - вошла в комнату и увидела детишек, с потерянным видом стоявших у окна, на глазах у нее появились слезы:

– О, мои бедные котятки!
– воскликнула она и протянула руки, чтобы заключить Джейн в объятия. Но Тим встал у нее на пути. Он знал, как раздражают сестру эти, по ее словам, "слюни и нюни".

Миссис Тарбутт вытерла слезы тыльной стороной ладони и проговорила, изо всех сил стараясь придать голосу побольше бодрости:

– Ну что, пора бай-бай? Но, может, вы сначала спуститесь вниз и выпьете горячего молока в гостиной? Молоко с чем-нибудь вкусненьким всегда успокаивает...

– Лучше кока-колу, - ответила Джейн, - сыр и маринованный лук. И не в гостиной, а в баре.

Лукавая улыбка проскользнула на ее губах, и Тим понял почему. Джейн знала, что детям не полагается сидеть в баре. Но она понимала и то, что в эту минуту миссис Тарбутт не найдет в себе сил отказать девочке.

– Что ж, разве только сегодня, - согласилась, как они и ждали, миссис Тарбутт. Она неуверенно улыбнулась Тиму и взяла Джейн за руку: - Идем в бар, мой котеночек.

Вежливо, но решительно девочка высвободила руку:

– Я дойду сама.

– Она сумеет, - быстро проговорил Тим.
– Если Джейн хоть один раз прошла по какому-то помещению, то потом всегда сама находит дорогу и никогда не стукнется и не ударится ни обо что.

Спускаясь по лестнице, миссис Тарбутт несколько раз тревожно оглядывалась и смотрела, как идет Джейн, но все же ей хватило ума удерживаться от стремления помочь и поддержать малышку. Внизу сестра позволила Тиму провести ее в бар, потому что ни разу не заходила в ту часть дома. Он помог ей сесть на высокий стул за стойкой. Джейн поерзала, устраиваясь поудобнее, и, очень довольная, выпрямилась. Длинные волосы падали на ее ночную сорочку.

– Две кока-колы, как я понимаю?
– пришла к выводу миссис Тарбутт.

– А еще сыр и маринованный лук, - напомнила Джейн.

Стоявший за стойкой мистер Тарбутт удивленно вскинул брови, но безропотно повернулся и приподнял прозрачную круглую крышку с блюда, на котором лежал сыр.

– На ночь не стоит есть сыр - слишком тяжелая пища, - заметил Фантик. А маринад - вообще яд.

Он сидел за столом с еще каким-то человеком. Кроме них и детишек, в баре не было ни души.

– Папа считает, что у Джейн такой хороший желудок, что она может переварить даже гвозди, - вмешался Тим, потягивая кока-колу. Переведя взгляд на мистера Тарбутта, он спросил: - Нельзя ли позвонить в больницу насчет папы?

– Мы договорились, что я позвоню утром, - Тарбутт ободряюще улыбнулся Тиму.
– Не беспокойся. Он в надежных руках, все будет хорошо.

– До сих пор никак не могу взять в толк, как же с ним такое могло произойти?
– вздохнула миссис Тарбутт.

Ее муж подмигнул Тиму:

– Кто-то слишком старательно натер пол, мамочка.

Жена не оценила шутку и вскинулась от возмущения:

– Я содержу дом в чистоте и порядке. И это еще никому не приносило вреда. А под коврами, к твоему сведению, я пол не натираю. Поэтому поскользнуться на ковре он никак не мог. Как же это произошло?

– Кто-то знает это, - проговорила Джейн задумчиво, сунув пальцы в опустевшую миску и со вздохом вынув их.
– Тот, кто был в моей комнате. Джейн выговорила эту фразу громко и отчетливо, чтобы Тим перестал спорить с ней.
– Кто-то вошел раньше его.

В баре наступила тишина. Тим оглядел сидящих.

Фантик и мужчина, сидевший рядом с ним, внимательно смотрели на Джейн.

– Но откуда здесь взяться посторонним? Мистер Тарбутт и я были на кухне, мыли посуду...

Фантик прочистил горло:

– А мы все время оставались в баре и увидели, если бы кто-нибудь открыл дверь. Я прав, Кемпбелл?

Мужчина за столиком кивнул. Это был тщедушный человек с реденькой бородой.

Джейн покраснела, на лице ее появилось упрямое выражение, и Тим смутился. У сестры был очень острый слух. Она редко ошибалась. Наверное, это был как раз из тех случаев.

– Тебе привиделся сон, Джейн. Обычный кошмар, - сказал он.

Миссис Тарбутт вздохнула с облегчением:

– Ну, конечно, моя крошка. Кому бы пришло в голову прокрадываться в твою комнату и пугать тебя?