– Лицо? Зачем.

Я протянул второй рукой по щеке, чувствуя кончиками пальцем многочисленные шрамы и швы, оставленные на лице кулаками врагов и лезвием скальпеля.

– Нет-нет!
– закричала она, - Убери! Нет рук! Нет рук!

Я резко одернул ладонь, после чего мелькнула вспышка. Яркая, как взрыв сигнальной ракеты. Потом кромешная тьма ослепления и снова фигура женщины. 

– Хорошо!
– говорила она с уже знакомым акцентом.
– Еще раз.

Щелчок.

Вспышка.

Она всматривалась в нечто плоское, что лежало перед ней на столе, водя по ней тоненькими пальцами. Только наклонившись, я увидел встроенный экран с панелью управления, где запечатлелось мое лицо, а следом и детальный осмотр и сканирование, что было запущено компьютерной программой на наличие инородных тел.

– Безопасность, - говорила она, подняв взгляд на меня.
– Много врачей, - теперь она провела рукой по своему лицу, как бы намекая на те швы, что еще не зажили окончательно.
– Много резать. Зачем?

Я немного приходил в себя.

– Так надо, - выдавил из себя и снова замолчал.

– Надо? Резать? Зачем? 

Когда сканирование было завершено, она встала со своего места, вытянула из паза небольшой компьютер и поднесла его мне. 

– Много ран. Тебя били. Жестокость.

На трехмерной модели моей головы и правда были отмечены все повреждения, что перенесло мое лицо, а так же череп, после сотен боев в яме. Трещины, сколы, поврежденные мышцы, отметины от кастетов и много все остального. Я видел ее изумленные глаза, смотревшие сначала то на меня, то на снимок и отчет системы.

– Я был вынужден.

Она не поняла моих слов, покачав головой и что-то переспросив, но уже на своем языке. Затем вернулась к своему месту, вложила компьютер в паз и взмахом руки потребовала встать.

Загорелся свет посреди комнаты. Яркий луч упал на пол почти перпендикулярно, освещая лишь небольшой кусочек коричневых досок и пространство вокруг них.

– Здесь!
– громко приказала женщина. 

Когда я встал в него, то ощутил едва уловимое тепло, как будто солнце пробилось сквозь толщу земляной породы и железа, уколов меня жарким прикосновением.

– Одежда. Пол.

Дальше объяснять было не нужно. Я все понял сразу, хотя и слегка побаивался раздеваться до гола, помня слова капитана об отношениях местных людей к чужакам. Но деваться было некуда. Она не отворачивалась - все время следила за мной. Потом подошла ближе, коснувшись рукой изрезанного плеча и спины, на которой протянулись длинными полосами шрамы от кнута Инструктора. 

Руки.

Туловище. 

Ноги.

Затем голова.

Она прошлась портативным детектором вдоль всего тела, внимательно изучая каждый шрам и след, оставленный на коже еще во время пребывания на планете-полигоне. Прибор пищал, светился неприятным ядовито зеленым оттенком, как будто наполненная капсула я отравой, она иногда касалась меня холодным корпусом, заставляя непроизвольно вздрагивать, что сильно злило женщину, скрупулезно осматривавшую мое тело.

Наконец, закончилось и это.

Она так же молча ушла в сторону, дав мне знак одеваться. Подождала с полминуты и когда я был готов сойти с места яркого света, вдруг приблизилась вновь, больно ткнув в шею.

– Что это?

Я был уверен, что от татуировки не осталось и следа. Много раз после боя, на корабле, возвращаясь в свою каюту, едва держась на ногах, рассматривал кусок покрасневшей кожи в зеркале, пытаясь разглядеть хоть что-то, что могло вызвать подозрение у окружающих. 

Теперь же меня охватил страх. Неужели она что-то увидела? Быть такого не могло! Я знал, что док сделал все идеально и сам много раз убеждался в этом. Но сейчас...сейчас мне стало не по себе.

– Что это?
– повторила она вопрос все еще держа палец у шеи.

– Ожог. Огонь.

– Где?

– Корабль.
– я пытался объяснить ей.
– Труба. Очень горячо. Случайно коснулся.

Некоторое время она молчала. Ее взгляд мне мало о чем говорил. Эти черные, почти бездонные глаза упрямо смотрели на меня не скрывая подозрения.

Вскоре вошел и капитан в компании предводителя местных. Включился свет во всем помещении. Женщина отошла в сторону, обогнула мужчин по периметру вдоль стены и тут же выпорхнула за дверь, оставив нас троих в одной комнате. Теперь его лицо ничто не скрывало. Оно было худым, почти костлявым. Впалые щеки, острый нос, непривычно большие скулы и взгляд... очень похожий на тот, что был у женщины. Волосы оказались подстрижены почти под "ноль". На оголенном высоком лбе виднелось несколько продолговатых шрамов.

Подождав пока я смогу хорошенько рассмотреть его, он вскоре шагнул вперед к столу, где прочитал отчет, сформированный компьютером после проделанного сканирования. 

– Что с лицом?
– спросил он не поворачиваясь ко мне.- Откуда столько повреждений?

– Это драки, - вклинился в разговор капитан.

– Я спрашивал его, садикун, не тебя. 

Потом он повернулся, сделал несколько шагов и передал портативный компьютер мне в руки. Зрелище было не из приятных. Кости оказались чуть ли не перемолоты кастетами моих противников в яме. Чего греха таить - так оно и ощущалось, когда я выходил на ринг и держал удар несмотря ни на что. Нос и вовсе сросся не совсем так как нужно, отчего дышать последние несколько дней было очень затруднительно. Был еще подробный отчет об общем состоянии организма, но я не стал его читать до конца, потому как мне все стало понятно уже с первых строк.