– Давай докладывай, не тяни резину.

– Пусть начнет Ванька-встанька.

– Хорошо, - отозвался он.
– Когда комендант назвал фамилию генерала, она показалась мне очень знакомой. Но когда я сообразил про кого идет речь, ты уже вышел, и я не успел тебя предупредить. Зная, каков он в мирное время и находясь в подчинении, я прекрасно представлял, что он устроит, дорвавшись до власти. Понимая, что нас просто так не отпустят, я инсценировал сильный кашель и смог стащить со стола скрепку и сунуть ее в рот. Тут вошел лейтенант и приказал нам следовать за ним, солдаты, охранявшие нас, направили на нас карабины, и отвели нас в камеру. Здесь нас повалили на землю, скрутили и приковали к специальным кольцам наручниками. А когда они ушли...

– А когда они ушли, - продолжил Шухер, - Ванька передал мне скрепку, остальное было делом техники. Вскоре я всех освободил и, собирался было заняться замком камеры, как вдруг в нее вставили ключ...

– Парни заняли свои места, а я не успел, поэтому спрятался за дверью, - подхватил Матвей.
– Дверь распахнулась и вошел комендант. Видимо они не часто содержали пленных, потому как пренебрегли простейшими правилами безопасности. Во-первых, они не посмотрели в глазок и не оценили ситуацию, во-вторых, комендант, не дав глазам привыкнуть, слишком далеко зашел в камеру, в-третьих, конвой состоял всего из двух человек, и они подошли слишком близко к двери. Я, дав коменданту пройти, выскочил из проема и, схватив их за грудки, опрокинулся назад и рывком швырнул их на коменданта, они втроем повалились на пол, ну а парни быстренько их вырубили.

– Патрон и Пистон переоделись в форму конвойных. Мы привели в чувство коменданта и он, сообщая всем, что ведет нас к генералу, привел нас сюда, - закончил Васька.
– Остальное ты знаешь.

– Все ясно, нам в очередной раз повезло. Пока госпожа удача не разочаровалась в нас, нам нужно научиться не попадать в такие передряги.

– Матвей, переодевайся в форму охранника генерала, - засуетился Васька.
– Паук, кончай генерала, Патрон и Пистон проверяют выход, Шухер - на тебе комендант.

Генерал опят завизжал, увидев нож, но его крик тут же прервался. Олег вытащил нож из сердца бывшего генерала и вытер его о его же мундир.

– Слишком легкая смерть, для такого садиста, - пробормотал комендант.

– Что ты сказал?
– переспросил я.

– Этот гад любил издеваться над людьми. Всех, кто проявлял малейшее неподчинение, хватали и бросали сюда, в пыточную. Через два-три дня отсюда выносили мычащее и скулящее мясо, которое выбрасывали наружу.

– Вот гад, - процедил Васька.

– А есть ли сейчас тут жертвы?

– Не знаю, он не распространялся о своих игрушках. Можно посмотреть по камерам.

– Командир, у нас нет на это времени, - встрял Стас.

– Знаю... Черт, что с ними будет?
– обратился я к коменданту.

– Да кому они теперь нужны? Выпустят и отправят по домам, если будет кого. Не думаю, что здесь больше одного заключенного. Свои развлечения генерал не афишировал. Я о них знаю лишь от того что комендантом работаю и должен все знать.

– Командир, а с этим что делать?
– отвлек меня Матвей, указывая на огромное пятно крови в районе ворота.

Я задумался, но тут опять помог комендант.

– Да ничего не делай. Амбалы из личной охраны генерала часто выходят отсюда в кровище, ты только руки еще в ней выпачкай, да рожу посвирепее сострой, на тебя и смотреть будут бояться.

– Хорошая идея, - согласился я, - спасибо.

– Мы готовы, - доложил Васька.

– Выступаем.

Первыми, изображая конвой, вышли Патрон и Пистон, за ними комендант.

– Да товарищ генерал, так точно товарищ генерал, - лепетал он в сторону камеры.

Следом вышел я, меня под руки «несли» Васька и Олег, следом шел Стас с Ванькой, а замыкал Матвей, поигрывающий мышцами и корчивший страшные рожи.

Дежурный офицер и еще два конвойных вскочили и отдали честь, они таращили глаза, боясь пошевелиться. Близнецы, зайдя за спины конвойных, одновременно обрушили на их затылки приклады карабинов, а Матвей мощным хуком вырубил офицера. Переодевшись, мы стали отделением конвоя под командованием коменданта, сопровождающего пленных - меня и Ваньку. Все-таки побои на моем лице и кровь на куртке и тельняшке Матвея было не смыть, да и формы на всех не хватало.

Мы уже собирались вступать, как вдруг раздался тонкий голосок:

– Помогите!!

– Кто там?
– спросил я у коменданта, но он пожал плечами.

– Васька, проверь.

Тот подхватил со стола ключи и вскоре отпер камеру. Он распахнул дверь и отошел. А из камеры вышла тоненькая девушка, ее лицо закрывала копна длинных, спутанных, немытых волос, а тело покрывала какая-то грязная тряпка.

– Ты кто?
– спросил я ее.

– Меня зовут Таня, - ответила она.

– Погоди. Ты та девчонка, официантка, из пищеблока? Так вот ты куда пропала.