— Тебе придётся терпеть моё присутствие всю свою оставшуюся жизнь, коварно засмеялся младший Учиха.

— Это даже хуже, чем наблюдать гибель своей вазы!

— Ой, опять ты заладил!

— У кого что болит, тот о том и говорит, — весело заметила Сакура, здоровой ногой стучась в дверь. Им должен был открыть дворецкий.

— Ну, значит, Саске волнует его эволюционное развитие.

— Весь мир волнует их эволюционное развитие! А с тобой видимо что-то не так…

— Куда катится мир!

— Ну, уж точно не к твоим ногам.

И снова троица залилась звонким смехом. Они даже забыли о том, как больно колется мороз. Общество друг друга их согревало настолько, что хватало сил думать о чём-то помимо теплой батарейки и конфеток на праздничном столе.

Однако всё настроение вмиг разрушила открывшаяся дверь. На пороге возникла ослепляющей красоты женщина с так называемым королевским ростом. Волосы тёмные-тёмные, длинные, достигающие поясницы, они были пострижены лестницей. Отличная укладка: ни один локон не выбился и не испортил прическу. Глаза отливали чёрным серебром и слегка поблёскивали. Черты лица жутко напоминали Сакуре кого-то до дрожи знакомого. Губы, изогнувшиеся в доброй улыбке, вселяли доверие в эту незнакомку.

Женщина выглядела весьма молодо, едва ли ей не больше тридцати. Ни морщинок, ни других признаков старения Харуно так не выявила. На ней было тёмно-вишневое платье-футляр с аккуратными белыми воротничками, а на ногах — домашние пушистые тапочки, которые прислал ей её любимый братец. Это был подарок, только-только распакованный.

Сакура даже почувствовала, как больно уколола её обида. Тапочки-то принадлежат ей! Ну, и что с того, что эта незваная гостя была не в курсе дел? Да кто она вообще такая?

— Мама? — выдохнули братья в унисон, расслабив руки и совершенно позабыв о своей принцессе. Пришлось Её Величеству падать прямиком в ад, как ей показалось на долю секунды.

========== Глава XVII. Новогодняя. Часть 2. ==========

— Прости, Сакура…

Итачи с неприкрытой досадой сидел на табуретке напротив Харуно, приложив лёд к её ушибленной ноге. Она, кстати говоря, распухла и отекла. Тем не менее травма была несерьёзная — едва ли ушиб. Бояться нечего, но ведь у страха глаза велики! Чрезмерно заботливые парни, извечно охраняющие её от синяков и ссадин, были очень разочарованы… в себе. Защищая свою дурнушку от других людей, они не смогли уберечь её от самих себя. Учихи понимали, что, может, Сакура и была боевой девушкой в каком-то смысле этого слова, но её хлипкие и лёгкие косточки были сравнимы с тростинками. Увы, сильный моральный дух никогда не препятствовал насмешкам природы.

Саске усердно рылся в аптечке в поисках мази. Препараты, таблетки и пилюли то и дело падали из его рук. Весь пол был завален всяким мусором, и Сакура укоризненно качала головой, вспоминая, сколько усилий она приложила, чтобы разобрать медикаменты в строго определённом порядке в разные коробочки. В одних были подручные средства, вроде бинтов, ваты, спирта, зелёнки, йода, в других — таблетки от боли в голове и животе, и так далее. И Харуно была уверена, что ни в одной аптечки нет никакой мази (уж про них девушка забыла и не потрудилась купить в аптеке), но Саске не мог просто так сидеть на месте и старался внести хоть какой-нибудь вклад в спасение своей обожаемой дурнушки.

Как бы то ни было, но всё это время братья Учихи только и делали, что приносили свои извинения. Однако это не смогло помочь делу, и лиловые синяки на теле Сакуры волшебным образом никуда не делись.

Харуно с тоской в глазах посмотрела на свою ногу и вздохнула. Девушка сидела на диване с зимним пуховиком в руках. Она так и не успела толком раздеться и разуться, поэтому приходилось париться в толстом шерстяном свитере, наблюдать, как её старания идут прахом, и, ко всему прочему, время от времени щурится от боли.

А ведь всё начиналось не так плохо, как могло показаться. Вчерашним днём, ни свет ни заря, они приехали Мортэм по просьбе Сакуры, затем наряжали елку, а буквально двумя часами ранее обнаружили, что забыли купить свечи и ломанусь поздним вечером за покупкой. У входа в магазин Саске поскользнулся и грохнулся на снег, утянув за собой Харуно и придавив её ногу. «Не беда!» — подумала тогда ещё девушка, искренне надеясь, что больше таких инцидентов не произойдёт.

Увы, жизнь преподносит сюрпризы, и от одного падения до другого прошло не больше получаса. Приехавшие родители застали братьев Учих врасплох, и те невольно отправили вольную пташку в полёт. Сакура мало того, что упала с рук парней на крыльцо, так ещё и кубарем катилась с лестницы, едва не ударившись головой о последнюю ступеньку.

Однако, Харуно хоть и совершила грандиозное падение в тартарары, но не жаловалась. Всё это время она улыбалась во все тридцать два зуба и уверяла братьев, что она цела и невредима. Учихи же совершенно не желали верить её словам, поэтому, отложив все дела в сторону, потели над решением сложной задачки: как поставить девушку на ноги в кротчайшие сроки и искупить перед ней вину.

Первым делом девушку принесли в небольшую комнатку во внутренней части дома, где не было окон. Это было замкнутое, но хорошо освещённое пространство. В избытке тут было не только света, исходившего от яркой, пестрой люстры над головой, но и места. На чёрном, казалось бы, стеклянном потолке белой краской вырисовывались какие-то рисунки. На полу расстелены персидские ковры. В середине комнаты располагался громадный телевизор, который визуально разделял комнату на две части. В глубине находился громадный бильярдный стол, а по всей длине стены до самой двери располагались стеллажи с коллекцией лучших фильмов, просмотренных братьями Учиха. На другой стороне — небольшие стеклянные шкафчики с коллекционным и редким оружием на верхних полках и всякими нужными вещами вроде аптечки. Длинный и широкий диван в тёмно-коричневом оттенке тянулся во всю ширину комнату перед телевизором. В стенке над мягкой мебелью находились небольшие углубления для минибара, книг, карт, настольных игр и всего прочего, что так или иначе могло бы позабавить гостей. Перед диваном — большой низкий столик и раскиданные по его периметру кресла-груши.