— Ария, нет! — воскликнули мы одновременно и вместе попытались спасти ослепительный наряд от грязных рук моей дочурки.

Я успела первой. Не мудрено. Я только что выиграла состязания силы, соревнуясь с самыми ловкими и быстрыми женщинами нашего лагеря, а сейчас моей противницей стала женщина в два с половиной раза старше меня.

— Ты победительница, Элена. И это платье — подарок от Верена. Сегодня вечером в честь тебя и Димитрия состоится праздник. Может быть, вы будете танцевать вместе…

Внутри загорелся маленький огонек. Я живо представила, как лучший из мужчин обнимает меня, и мы танцуем под нежную мелодию скрипки или гитары. Совсем не так, как танцевали прежде, в грязных клубах города хищников. Совсем так, как я мечтала в далеком детстве.

— Хорошо, — неуверенная улыбка коснулась моих губ. — Я одену это платье. И вы пойдете со мной.

Мы стояли с разных сторон от Верена, Димитрий и я. Платье казалось мне совершенно не подходящим случаю, не смотря на то, что многие девушки сменили брюки на юбки, а некоторые мужчины надели рубашки. Все из-за него! Димитрий только поменял футболку, и, вероятно, лишь потому, что прежнюю запачкали алые пятна крови.

— Сегодня в нашем лагере состоялись состязания силы! Поприветствуем их победителей! — под крики и аплодисменты Верен поднял наши с Димитрием руки, вынуждая нас сделать шаг вперед.

Теперь каждый из присутствовавших знал, что меня и того, кого даже в лагере теперь стали называть Бешеным, связывала не только победа в этих соревнованиях. Я не сомневалась: ни один мужчина, если только он не желает свести счеты с жизнью, отныне не посмеет приблизиться ко мне, пока где-то рядом будет ОН.

Я встречала их взгляды, внимательные, насмешливые, и с каждой минутой все сильнее желала покинуть ту лесную поляну и больше никогда не видеть ни всех этих людей, ни Романа, ни ЕГО. Ну, зачем, зачем я поддалась на уговоры Лючии и надела это дрянное платье? Зачем распустила волосы? Зачем я притащила сюда нашу дочь?

— Папа! — я услышала звонкий голосок Арии и в изумлении уставилась на малышку, которая вытянув вперед крохотные ручки, в своем миленьком красном платьице шла прямо к НЕМУ. Что здесь происходит? Что???

Димитрий подхватил дочку и посадил на свое широкое плечо, а я просто потеряла дар речи и уставилась на Лючию. Эта предательница только развела руки и несмело улыбнулась, словно, признавая тот факт, что она позволяла Димитрию видеться с нашей дочерью. С моей дочерью! Я увезу ее! Я уеду, и никто из них не сможет найти меня! Я повторяла про себя эти слова и ненавидела всех. Я кипела от злости и тихонько стонала, ощущая собственную беспомощность. Ведь ОН Бешеный. Димитрий тот, кто неизменно задает правила, и если хищник не позволит, я не смогу покинуть лагерь.

Ария обняла и поцеловала его волосы, а на моих глазах появились слезы. Он бросил меня, выбросил как использованную вещь, а теперь отнял все, чем я так дорожила: дружбу Романа, преданность Лючии и любовь Арии. Я ненавидела его и решила во что бы то ни стало сбежать из лагеря предстоящей ночью. Куда? Хоть куда… Мне было все равно, я просто хотела уехать от него, как можно дальше, как можно скорее, чтобы больше никогда не видеть Димитрия и Арию вместе, чтобы больше никто не смотрел на меня так ехидно и чтобы я больше никогда не чувствовала то, что чувствую когда вижу его. Ненавижу это!

Я почти не помню слов Верена. Помню лишь, что мне совсем не понравился приз. Проповедник достал потрясающий золоченый диск и, будто, разломив, вручив Димитрию и мне его половины — изогнутые кинжалы, которые хоть и были хороши сами по себе, не шли ни в какое сравнение с тем, что представляли вместе. Если бы мне удалось забрать клинок Димитрия… Я выкинула из головы глупые мысли и, сухо поблагодарив проповедника, подхватила на руки Арию и направилась в сторону своей палатки. Никто не попытался остановить меня. Помню то чувство, чувство всепоглощающего одиночества и собственной никчемности. Я отправилась собирать вещи.

Спустя час пришла Лючия.

— Что ты делаешь? — ее взволнованный голос заставил меня на миг усомниться. На миг.

— Я ухожу.

Ее ладонь легла на мое запястье.

— Элена, девочка, я прошу тебя, подумай еще раз. Подумай о малышке, ей будет лучше в лагере!

— Как ты могла? — сквозь зубы проскрежетала я и жестко скинула руку Лючии. — Я больше не могу тебе доверять!

Лючия опустилась на плед рядом с Арией. В ее глазах блестели слезы.

— Димитрий любит ее. Я люблю ее! Прошу, не отнимай у нас Арию.